— Боже мой…

— Кстати, твое поведение подтверждает правильность моего выбора. Чем меньше прямых контактов, тем лучше.

— Какое еще поведение?

— Вот это самое.

— Я понятия не имею, о чем ты. Я просто хотел встретиться с глазу на глаз, чтобы объяснить, почему Кори так важна для меня. Думал, мне это удастся. Видимо, я ошибался.

— Какая трагедия…

— Кстати, откуда взялось это дурацкое имечко? Ее всегда звали Кори.

— Твила изменила его — из уважения к тебе, между прочим.

— Мне грустно видеть, как копии прыгают по городу, откликаясь на искаженное имя моей собаки.

— Боже, как я устала от всего этого… Ты хоть представляешь, насколько твое уныние утомляет?

— Э… ребята, — сказала ассистентка из-под лица Кристин. — Мне как-то не по себе от всего этого разговора.

— Мы уже почти закончили, Вина, — ответила Кристин. — Трейвис, позволь дать тебе один совет…

— Не позволю.

— …переживи это. Я имею в виду не только собаку, но и всю ситуацию в целом.

— Корки — моя единственная проблема.

— Тогда переживи эту проблему. Это же просто минутная мода. Завтра у людей появится что-то другое… Я отключаюсь. Прощай.

Ее лицо вновь побледнело, а после исчезло, обнажив чужие черты, которые, впрочем, вполне можно было назвать привлекательными.

— Привет, меня зовут Вина.

— Думаешь, это забавно?

— Нет, то есть я не думаю…

— Правильно, — Ларсон заговорил громче, — ты не думаешь.

Вина уставилась на него с удивлением, и он тут же почувствовал себя идиотом.

— Прости. Наверное, я хотел сказать это Кристин.

— Ничего, она предупреждала, что вы скандалист.

— Я не скандалист. Разве я кричал?

— Ну, в данном случае я бы так не сказала.

Она улыбнулась и взяла меню. Ларсону понравилась эта улыбка — теплая, добрая, осветившая все лицо.

— Ты действительно собираешься здесь обедать? — спросил он, устраиваясь поудобнее.

— Да, собираюсь, — подтвердила Вина, не поднимая глаз.

— Не против, если я присоединюсь?

— Даже не знаю…

— И правда, дурацкая идея. — Он привстал, собираясь уйти.

— Постой. Я так не думаю. — Теперь она смотрела на него с той же улыбкой.

— Да, на самом деле я так тоже не думаю. — Он снова сел. — Даже не знал, что такое возможно. В смысле, этот трюк с чужой головой.

— О, вполне возможно. Передатчик находится в моем ожерелье. Слушай, ты уверен, что все в порядке?

— Не знаю. Почему бы и нет?

Какое-то время она пребывала в задумчивости, затем решительно закрыла меню.

— Я буду рыбу.

Фирма Бевермана находилась всего в нескольких кварталах от офиса Ларсона. На следующий день он зашел туда, не договорившись о встрече.

В приемной гладко выбритый молодой человек по имени Френкель сказал, что ждать придется около получаса.

— Если только вы не хотите назначить встречу на другой день…

— Ничего, я подожду.

Ларсон уселся в кресло, взял журнал и принялся перелистывать виртуальные страницы, пробегая глазами статью об успехах Китая в области авиации.

— Молодец, — тихо произнес Френкель.

Ларсон поднял глаза. Отвернувшись от стола, Френкель поглаживал виртуального пуделя. Корки смотрела на хозяина с обожанием. Ларсон закрыл журнал.

— Разве это не глупо?

— Что?

— Притворяться, что гладишь собаку, которой на самом деле здесь нет.

— Но ведь Корки здесь. Я не могу потрогать ее, но могу представить, каково это. Когда-то у меня была настоящая собака, и Корки реагирует так же, как она. Я и не думал, что виртуальная копия может приносить столько радости.

— Действительно, кто бы мог подумать?

Несколько минут спустя Френкель произнес:

— Мистер Беверман готов с вами встретиться.

Ларсон направился в кабинет, как будто шел осаждать крепость.

В постели Вина оказалась нежной и внимательной, и Ларсону хотелось вести себя так же. С Кристин все происходило совсем иначе. С ней, с ее идеальным телом фотомодели, он чувствовал себя сторонним наблюдателем. Человек отдельно — тело отдельно. Как будто все дело в теле.