«Вот уж повезло», — размышлял Беррелл.

У бостонского управления возникли проблемы с установлением видеоканала с Квантико. Главный техник считал, что всему виной были пятна на солнце или неисправный коаксиальный кабель. Так или иначе, Беррелл был не в том настроении, чтобы вдаваться в подробности. Его вывел из себя разговор с Рейчел Салливан сегодня утром, известие о Габриэле Бэнфорде и адреналине. Глава управления интуитивно чувствовал, что предстоящая телеконференция также не сулит ничего хорошего. Сэм Маркхэм все еще упрямо цеплялся за надежду на то, что на руках у ФБР только три жертвы, но у Бульдога Беррелла не исчезало нехорошее предчувствие, что у этого сукина сына Микеланджело-убийцы руки по локоть в крови.

— Прошу прощения, Билл, — сказал Маркхэм, заходя в кабинет. — Пришлось задержаться, начал готовить бумаги на доктора Хильдебрант. Кэти, вы уже встречались со старшим специальным агентом Биллом Берреллом, помните?

За большим столом совещаний сидели несколько человек, но только Беррелл и Рейчел Салливан поднялись с места, здороваясь с Хильди.

— Да, конечно, — сказала та. — Рада снова вас видеть. И вас тоже, специальный агент Салливан.

— Зовите меня Рейчел.

— Ну а меня можно звать Биллом, — добавил Беррелл. — Пожалуйста, садитесь.

Один из сотрудников ФБР, которого Кэти представили, а она тотчас же забыла его имя, освободил место в дальнем конце стола. Хильди и Маркхэм уселись напротив Беррелла и Салливан. На стене перед ними висел большой видеоэкран. Кэти вдруг заметила еще одного человека, стоявшего на полу на четвереньках. Его зад торчал из шкафчика, скрытого за деревянной обшивкой стен.

— Вы должны нас простить, — начал Беррелл. — Тут возникли кое-какие проблемы. Может быть, угостить вас чем-нибудь? Кофе, чай?

— Нет, спасибо. Сэм — я хотела сказать, специальный агент Маркхэм — уже меня угощал.

— Тогда он, вероятно, вкратце рассказал вам и о том, что будет сегодня?

— Да, конечно.

— Вот и отлично, — продолжал Беррелл. — В таком случае первым делом я хотел бы от лица Федерального бюро расследований официально приветствовать вас в нашей команде, а также лично поблагодарить за ту помощь, которую вы нам уже оказали, и за то, что согласились и дальше работать с нами в этом деле. Кэти, вы очень помогли нам составить психологический портрет преступника. Я полагаю, по пути из Провиденса Сэм ввел вас в курс того, как обстоят дела на настоящий момент, рассказал вам о том, что нам удалось выяснить о вашем бывшем ученике Габриэле Бэнфорде, и о том, что он мог быть связан с этим психопатом, которого пресса окрестила Микеланджело-убийцей.

— Да.

— Этим направлением занимается Рейчел. Она будет продолжать разбирать дело Бэнфорда в надежде найти более прочную связь между вашим учеником и убийцей: общие знакомые, архивы Интернета и тому подобное. Ее команда также займется всеми пропавшими без вести в Род-Айленде и ближайших окрестностях начиная с момента убийства Бэнфорда и до настоящего времени, в первую очередь обращая внимание на молодых мужчин, с которыми Микеланджело-убийца мог экспериментировать перед тем, как взяться за Кэмпбелла и Винека.

— Понимаете, Кэти, серийные убийцы подсознательно выбирают свои жертвы из какой-то определенной демографической прослойки, — заговорил Маркхэм. — Так, чтобы они удовлетворяли неким критериям, которые по каким бы то ни было причинам соответствуют глубинным психологическим мотивам, движущим убийцей. Причем он сам может как даже не подозревать об этих мотивах, так и прекрасно все сознавать.

— Совершенно верно, — подтвердил Беррелл. — Принимая во внимание тот портрет Микеланджело-убийцы, который вы составили вместе с Маркхэмом, круг жертв этого преступника, скорее всего, составляют молодые мужчины. Следовательно, Салливан со своей командой обратит особое внимание на случаи исчезновения молодых мужчин, торгующих собой, и бродяг, которые произошли в Род-Айленде и ближайших окрестностях за последние шесть лет. Это не только полностью соответствует личности Габриэля Бэнфорда, который, как нам известно, начал воровать и заниматься проституцией, чтобы доставать деньги на наркотики. Серийному убийце гораздо безопаснее иметь дело с таким типом жертв, потому что подобные люди постоянно перемещаются с места на место, и об их исчезновении, как правило, никуда не заявляется. В данном случае Микеланджело-убийца мог оттачивать свое мастерство, не привлекая к себе внимания.

— Да, — вставила Салливан. — Как вам, вероятно, уже рассказал агент Маркхэм, мы будем работать, исходя из предположения, что после убийства Бэнфорда наш преступник решил научиться сохранять и раскрашивать тела. На это у него было почти шесть лет, потом он открыл миру своего «Вакха». Однако нельзя сбрасывать со счетов вероятность того, что убийца уже был знаком с основами бальзамирования, поэтому другая группа будет работать с похоронными бюро, моргами, таксидермистами, всеми теми, кто не только обладает необходимым практическим опытом, но и имеет доступ к химическим реактивам, которые нужны для сохранения тела. Как раз сегодня нам сообщат о предварительных результатах, полученных в лаборатории ФБР в Квантико. Как только мы получим представление, каким именно образом убийца сохранил тела Кэмпбелла и Винека, у нас появится отправная точка для работы.

— Все готово, сэр, — доложил человек, зад которого торчал из стены.

Кэти его узнала. Это был тот техник, который в Уотч-Хилле снабдил их с Маркхэмом переносным компьютером.

Беррелл кивнул. Большой экран на стене ожил. На нем появилось изображение двух мужчин, сидящих за столом, один из них был в костюме, другой — в белом халате.

— Джентльмены, у нас есть картинка, — сказал Беррелл. — А как у вас?

— Да, Билл, — ответил мужчина в костюме. — Мы вас прекрасно видим.