— Отец, не продолжай! — воскликнула девушка и едва слышно добавила: — Я… согласна!

 — Послушай! — успокаивающе кивнув ей, тронул Эвбулида за плечо Дорофей. — Помоги нам вынести на палубу одного из этих несчастных. Вдвоем нам не справиться…

 — Тебе? На палубу? — изумился Эвбулид. — С ней?!

 — Так надо… — в голосе Дорофея послышалась тоска.

Сколоты в углу зашевелились, поднялись. Эвбулид, опасаясь нового нападения, кинулся, опережая Лада, к лежащему у самых ступенек мертвецу, схватил его за ноги и заторопил Дорофея…

— Ну! Чего же вы?

Оказавшись наверху, он вдохнул полную грудь свежего воздуха, повернулся к часовому:

 — Куда его?

Пират равнодушно скользнул глазами по мертвому пленнику, за которого нельзя уже было получить даже обола, и, не глядя, кивнул в сторону волн. Неожиданно глаза его оживились, острый язык облизнул прикрытые бородой губы: часовой увидел поднявшуюся из трюма девушку.

— Ай, какая красавица! Стой здесь! — приказал он ей. — Сейчас я познакомлю тебя со своими друзьями! Мы будем пить вино, и нам будет очень весело! Это будет лучше любого выкупа!

Часовой быстрыми шагами направился к капитанскому помосту, у которого пираты, обнявшись, тянули заунывную песню. Подойдя к ним, он начал что–то объяснять, показывая на стоящую у трюма девушку. Несколько пиратов тут же вскочили со своих мест.

 — Но Посейдон будет гневаться за нарушение слова! — донесся до трюма голос Аспиона.

 — Разве Посейдон не мужчина? — закричали в ответ пираты. — Он поймет нас! И простит, Аспион!

 — Скорее! — заторопил Эвбулида Дорофей.

Вдвоем они подтащили тело к борту, раскачали его и бросили вниз. Мелькнула и тут же скрылась в волнах голова, блеснули кисти рук…

 — Вот и все! — выдохнул Дорофей и окликнул дочь: — Ниса!

Девушка мгновение помедлила, но тут же рванулась к отцу. Тот крепко взял ее за руку, — Эвбулиду показалось, что девушка вскрикнула от боли, — и… шагнула вперед, в кипящее море. Волны вздыбились над их головами, обдав палубу холодными брызгами.

Широко раскрытыми глазами Эвбулид глядел на опустевший край палубы.

Вдали мелькнула белая рука, а может, то сверкнул гребень волны или взыграла опьяненная штормом рыба. И все… Вокруг снова катились пустынные волны. Высокие, темные, они ударялись о «Горгону», изгибались, обрушивая на Эвбулида столбы воды и, раскачивая судно, продолжали свой неукротимый бег.

Отчаянно ругаясь, пираты бросились к бортам.

Пользуясь тем, что на них никто не обращает внимания, сколоты положили тело умершего гребца на палубу и подкрались к возвратившемуся часовому. Не ожидавший нападения, он не успел ничего понять, как его меч и кинжал оказались в руках у пленников…

Короткий замах… Сдавленный крик… Свист блеснувшей полоски металла…

Эвбулиду показалось, что все это происходит с кем–то другим: мимо него по палубе пробежало квадратное, безголовое тело в ярких персидских одеждах. Сделав несколько шагов, оно рухнуло на доски и забилось в судорогах.

С глухим стуком что–то упало на палубу, покатилось, ткнулось в носок Эвбулиду. Он глянул под ноги и отпрянул, увидев залитую кровью бороду… изумленно приоткрытый рот… вытаращенные глаза…

Крик ужаса и гнева пронесся над толпой пиратов. Доставая на бегу оружие, они бросились к пленникам, едва успевшим изготовиться для отражения нападения.

Встав по краям, Дивий и Драга — один с мечом, другой с кинжалом — умело отразили первые удары нападавших. Лад ловко подставлял мечам и пикам мертвое тело гребца, орудуя им, как щитом. Свободной рукой он пытался сам выхватить у противников оружие.

— Так, так, Дивий! — подбадривал он товарищей. — Рази их, Драга!

 — Не сробеем, Лад! — с силой били те по мечам, махайрам, пикам…

Упал, получив страшную рану в грудь, один пират… Взвизгнул и пополз на коленях назад другой, зажимая лицо руками, сквозь которые лилась кровь…

В третьего, раненного Драгой мечом в шею, Лад с силой бросил труп и, подхватив выпавший короткий испанский меч, с радостным воплем вонзил его в грудь пирата по самую рукоять.

Увидев оружие в руках Лада, Дивий с Драгой теперь уже сами готовы были броситься на врагов.

 — Фраата убили! — пронеслось по палубе.

 — Сейчас начнется настоящая сеча! — предупредил властным голосом Лад товарищей.

 И не ошибся.

Следуя громким командам Аспиона, следившего за схваткой с капитанского помоста, пираты стали действовать осторожно. Теперь они не лезли напролом, где их ждала смерть от острых выпадов сколотов.

Разбившись на три группы, они рассыпались по всей палубе и медленно приближались к пленникам.

Одна группа, отвлекая внимание сколотов, внезапно с криками бросилась вперед, две другие стали обходить их с боков.