всего на свете почитает Астарту, любимцем которой — все знают! — является царь! А вот и дом Ахея!

Отпустив раба, Прот, чувствуя, как заходится в груди сердце, глядел на дворец, возвышавшийся над остальными домами, и даже не заметил, как к Сарду подскочил соглядатай Серапиона.

Дрожащей рукой Прот поднял молоток, ударил в дверь. На стук быстро вышел мужчина, одетый в греческий гиматий.

 — Ты Ахей? — почтительно спросил у него Прот, отступая на шаг.

 — Нет, я управляющий дворцом командующего! — ответил грек, вопросительно глядя на вошедшего.

 — То–то я смотрю у тебя такое же клеймо, как у Фемистокла! — заметил Прот, указывая пальцем на сову у виска мужчины.

 — Так ты от Фемистокла! — воскликнул управляющий. — Наконец–то! Проходи скорей! Мы давно уже ждем его!

Следуя за греком, Прот оглядывался по сторонам, дивясь многочисленным статуям и покрытым коврами ступеням. В одном из залов он даже невольно убрал ногу, чтобы не наступить на глаз мозаичного чудовища.

 — Это бывший дом Тита Максима? — спросил он.

 — Да, — охотно ответил управляющий. — Евн даровал его Ахею за победы над римлянами! Но говори: где Фемистокл?

 — Фемистокл? — озадаченно переспросил Прот, не в силах оторваться от мыслей, что и у него теперь будет такой же дворец в Пергаме, со статуями и мозаикой.

 — Да! — заторопил его грек. — Ахей в нетерпении! Когда он придет?

 — Скоро! — недолго думая, ответил Прот, резонно соображая, что раз у Ахея с Фемистоклом была назначена встреча, то знакомый ему грек обязательно прибудет вовремя. Да, — уверенно повторил он, — Фемистокл будет здесь ровно через четверть часа, он послал меня вперед предупредить, чтобы Ахей не волновался!

 — Пойду, обрадую главнокомандующего! — воскликнул грек, направляясь к лестнице, но Прот удержал его за локоть.

 — Скажи, — помявшись, спросил он, — где здесь у вас можно справить нужду?..

 — А–а! — понял его управляющий. — Вон за той статуей — и направо.

 — Да нет! — перебил его Прот, вспоминая слова Тита, что сокровища спрятаны под рабским отхожим местом. — Я не могу, где мрамор и статуи! Я ведь только недавно перестал быть рабом… Мне б, где попроще…

 — Тогда выйдешь во двор — и в глубине, за садом, — махнул рукой грек.

Выскочив из дворца, Прот огляделся и направился к саду.

Он шел мимо изумрудных бассейнов, уставленных мраморными богами и героями, миновал благоухающие деревья и сразу за ними словно окунулся в свою прежнюю страшную жизнь.

Как цветы и спелые фрукты растут на навозе и человеческом прахе, так этот сад и дворец покоились на рабских страданиях…

Резким зловоньем дохнуло в лицо Прота из распахнутой двери эргастула. Он пробежал еще дальше и увидел то, ради чего отправился в Сицилию: крошечный сарайчик в углу двора.

«Ай да Тит! — восторженно подумал он. — Разве кто может подумать, что под ним спрятано несметное богатство?!»

Он вбежал в нужник, выскочил, снова вошел и снова вышел наружу. Только теперь до него дошло, что золото и серебро римлянина нужно было не только найти, но и достать. Но как? Подкупить рабов? Для этой цели у него был один золотой статер…

Прот кинулся в эргастул, но все его комнаты были пусты. Очевидно, рабы Axeя занимались домашними делами.

 — А, вот он где! — внезапно послышалось за спиной.

Прот затравленно оглянулся и увидел невысокого мужчину в неброском плаще и поигрывающего плеткой Серапиона.

 — Нет!.. — прохрипел Прот. — Моё! Не отдам!!

 — А ну показывай, что тут твое! — грозно надвинулся на него Серапион и знаком приказал спутнику обыскать все вокруг.

Мужчина в плаще на коленях обшарил весь сарайчик, заглядывая в каждую щель, пробежал по дорожкам, обошел эргастул и с торжественным криком поднял выроненный Протом статер:

 — Господин, вот что он искал!

 — Дурак! — отрывисто закричал Серапион. — Разве это мне нужно?

— Но, господин! — возразил Прот, обрадовавшись нечаянному спасению. — Я искал именно этот подаренный мне самим базилевсом статер.

 — И для этого ты сломя голову бежал сюда через весь город и искал бывший дом Тита Максима? — насмешливо спросил Серапион. — Оставь эти сказки для него! — пренебрежительно кивнул он на своего спутника. — А мне ты скажешь всю правду!

Коротко просвистела плеть.

Прот по привычке не защищаться от удара господина, лишь втянул голову в плечи и почувствовал на лице слепящий ожог.