— Я вычислила преступника. Доказательства у меня имеются. Мне необходима помощь. Пришлите, пожалуйста, оперативную группу по адресу…

— Сейчас ополоснутся и сразу будут.

Дежурный хихикнул и повесил трубку.

Ну вот. Я все сделала правильно. Теперь я могу смело идти в логово убийцы. Пока прибудет группа захвата, я уже возьму у Аллы Сергеевны показания. Что я припру ее к стенке фактами, и она во всем сознается, я даже не сомневалась. То, что фактов в моем арсенале было не так уж и много, меня не волновало. Я твердо знала, что Петрушова — убийца. Это — главное. Я смогу повести разговор таким образом, что открутиться ей не удастся.

— Кто там?

— Алла Сергеевна, это Ольга Андреевна.

Женщина распахнула дверь и пропустила меня в квартиру.

— Что случилось, Ольга Андреевна? Вы меня прямо заинтриговали.

Алла Сергеевна слегка покачивалась. Мне показалось, что медсестра в изрядном подпитии. Похоже, она снимала стресс. Еще бы! Такого наворочать.

— Алла Сергеевна, вы знаете…

Боже, я не знала, как надо вести допрос. Сразу ли оглушить фактами или исподоволь подвести ее к этому нелегкому разговору. Я взглянула на часы. Скоро приедут оперативники.

Я решительно прошла в комнату, уселась на диван, положив ногу на ногу и сделав независимый вид. Полина, наверное, именно так себя бы и повела.

— Алла Сергеевна, я вынуждена вас огорчить. Я все знаю. И про первое убийство, и про второе тоже.

Она переменилась в лице и опустилась на стул, глядя на меня, как гюрзу. И помолчала. Я тоже решила выдержать паузу.

— Так сложились обстоятельства, что я слышала, когда Лукьянов звонил вот по этому номеру, — я показала ей бумажку с номером ее собственного телефона. — Не знаю, почему он вас Алевтиной называл. Некоторым мужчинам нравится изменять имена. А еще я слышала про крысу. Ведь сторож вас шантажировал, потому что догадался, кто убил Юрия. У вас ведь с ним были особые отношения. Не так ли? В свое время вы уличили его в краже. А потом воспользовались тем, что имеете над ним власть и приобрели у него цианистый калий. Вы, конечно же, не рассчитывали, что по телевизору покажут фотографию Лукьянова, и сторож сделает определенные выводы. Это и стоило ему жизни. Есть из-за чего ломать копья. Старушка не бедная, конечно. А заодно и за поруганную любовь отомстили. Верно?

Она судорожно глотнула воздух.

— Вам лучше написать чистосердечное признание, как вы все это осуществили, и какую роль в этом сыграл ваш друг, за которого вы собрались замуж.

Алла Сергеевна продолжала молчать, глядя на меня во все глаза. Я взглянула на часы. Пора бы ребятам уже быть. Что-то неоперативно работают. Преступник уже, кажется, созрел. Я машинально извлекла из сумочки футляр от очков, дабы удостовериться, правильно ли я набрала номер. Внутри у меня все похолодело. Вместо девятки я набрала ноль. Мне прямо поплохело.

Руки у меня задрожали, а по спине между лопаток стекал холодный, липкий пот.

— Ольга Андреевна, милая. Какой кошмар то, что вы мне сейчас сказали. Вы меня просто убили. Такая низость. Я никогда не думала, что Сережа мог. Боже, нет.

Она поднялась со стула и принялась, как маятник ходить по комнате туда-сюда.

А у меня в голове сразу каша образовалась. Я все что угодно от нее ожидала, но только не это.

— Ольга Андреевна, я не убивала никого из них. Честное слово. Действительно, Юра подмешал снотворного той девушке в бокал и позвал меня. Я специально попросила его с ней познакомиться. Она шантажировала мою сестру Леночку. Лена собирается замуж. У нее жених очень строгого нрава. А у Веры были компрометирующие фотографии. Она шантажировала.

Алла Сергеевна закрыла лицо руками и заплакала.

— А разговор про крысу никакого отношения к этому не имеет. Николай Степанович имел в виду именно крысу и ничего больше. Никакой подоплеки не было. Кто его убил, я тоже не знаю. Может быть, и его Сережа?

Она смотрела на меня полными слез глазами. В них застыл неподдельный ужас.

— Я знаю, вы мне сейчас не верите. Ни единому моему слову. Но это так.

Как же я могла ей поверить, если она плетет про то, что Вера кого-то шантажировала. Это же бред. Хотя, ведь есть похожие люди. Может, она перепутала Веру с другой девушкой?

— А фотографии вы нашли?

Она покрутила головой, вытирая слезы.

— Нет. И Юра у меня на глазах упал и умер. Видимо, яд ему дали раньше. В милицию я, конечно, не пошла. Испугалась. Разумеется, все бы подумали на меня.

Вот и прокололась. Цианистый калий действует моментально. Об этом я тут же ей сказала.

— Вы просто не знаете, Ольга Андреевна, как все можно подстроить. Яд можно поместить в капсулу, например в капсулу доксициклина гидрохлорида. И тогда яд начнет действовать только тогда, когда растворится капсула. Боже! Я вспомнила. Юра мне еще сказал, что чувствовал недомогание и принял антибиотик. Все сходится. Этот антибиотик ему давал Сережа. Господи, за что ты меня наказываешь?

Я была обескуражена. Играет или говорит правду? Порой правда выглядит более нелепо, чем умелая ложь.

— Ольга Андреевна, я могу доказать, что говорю правду. У Леночки есть несколько фотографий. Ей их подбросили в почтовый ящик с угрозами, что, если она не заплатит большую сумму денег, то фотографии появятся на столе у ее жениха. Леночка мне указала на Веру. Когда она обнаружила фотографии в почтовом ящике, эта девушка как раз спускалась вниз по лестнице. Она проследила за ней и показала ее мне. Я и попросила Юру помочь.