Я вздохнула с облегчением: от формализма гномов тоже порой бывает польза.

Хотя исходом дискуссии я все равно осталась недовольна. Эта поганая статейка все равно может повлиять на личное мнение судьи, так что нужно нейтрализовать произведенное впечатление.

— Есть еще заявления и ходатайства? — спросил судья Дарлассон.

— Да. — Заявила я, игнорируя кислый взгляд представителя истца. Воистину, некоторые мои коллеги слишком близко к сердцу принимают рабочие проблемы.

— Ваша честь, — торжественно начала я, вытягиваясь по струнке (гномы любят демонстративное почтение). — Прошу вызвать и допросить Андрея Платова, специалиста по проблемам оборотней, который заведует кафедрой расологии в Альвхеймском национальном университете.

— Я возражаю! — немедленно вскочил представитель истца. — Согласно Гражданско-процессуального кодекса Мидгарда, суд вызывает для дачи пояснений специалиста в том случае, если вопрос требует специальных знаний. Однако в данном случае укус у моего доверителя налицо и подтвержден заключением врача.

— Данный факт еще ничего не означает, — парировала я. — Мало ли, может, истца в порыве страсти покусала жена!

Стоило только представить эту сцену, как на лице появилась непрошеная улыбка.

Коллега молча хватал ртом воздух, опешив от моей наглости.

— Полагаю, особенности психики оборотней, степень их контроля над поведением второй ипостаси и прочее требуют специальных знаний, — настойчиво продолжила я.

«Вольные слушатели» на задних рядах согласно (но слава Локи, молча!) закивали.

— Суд удовлетворяет заявленное ходатайство. — Определился судья. — Переходим к пояснениям сторон. Истец, встаньте и расскажите об обстоятельствах дела.

Рассказ полился водопадом, а особо эффектные сцены господин Маслов даже изобразил в лицах. Тут впору плакать: такой незаурядный актерский талант пропадал в безвестности!

Даже я увлеклась этим повествованием, что уж говорить об остальных. Надо сказать, что история вырисовывалась почти точь-в-точь, как я в шутку воображала, за исключением толпы «случайных» свидетелей. Господин Маслов упирал на отсутствие у оборотней чести и совести, называл их животными в человеческой шкуре. Далее подробно перечислялись все страдания, пережитые беднягой из-за такого соседства…

Наконец он закончил, и адвокат принялся уточнять.

— Ответчик предлагал компенсировать причиненный им огромный — действительно огромный! — вред и решить дело миром? — вопрошал он у своего клиента.

— Нет! — со слезами на глазах отвечал тот. — Он нецензурно меня обругал и сказал, чтобы я убирался! Все оборотни такие. Звери! Нельзя им позволять жить рядом с людьми!

И так далее, в том же духе. Впрочем, у меня тоже имелось несколько вопросов.

— Скажите, почему вы в ту ночь так поздно возвращались домой? — поинтересовалась я.

— Возражаю! — воскликнул коллега. — Это не имеет отношения к предмету спора!

— Почему же? — наигранно удивилась я. — Я всего лишь пытаюсь понять, не находился ли он в состоянии алкогольного опьянения, не мог ли что-то перепутать…

Признаюсь, действовала я на грани фола. В рассказе господина Маслова меня удивило, что он не рванул немедленно в милицию, даже не вызвал скорую помощь, а заявил обо всем только утром. Это наводило на определенные размышления. Судя по его побагровевшей физиономии, я догадалась верно.

— Отвечайте, истец. — Велел судья, заинтересованно подавшись вперед.

Стремление гномов во что бы то ни стало докопаться до истины в данном случае было мне на руку. К тому же они не одобряют поздние загулы, тем более накануне рабочего дня. Ровно в девять вечера гномы прекращают посиделки, строем выходят из кабачков и ресторанчиков и отправляются домой.

— Я возвращался домой после встречи. Я что, не имею права посидеть с друзьями? — возмутился господин Маслов.

— Вы были в состоянии алкогольного опьянения? — продолжила я.

— Да что ты несешь? — взвился истец. — Не был я пьяный!

Его адвокат тут же начал дергать его за полу пиджака, призывая к порядку. Вспыльчивость в заседании уж точно ни к чему хорошему не приводит. Перед глазами судьи за день проходит множество людей и он банально от них устает.

— Почему же вы сразу не обратились в милицию и в больницу? — вкрадчиво спросила я.

Господин Маслов уже поостыл и внял предупреждениям своего адвоката.