Как только я закончила, со своего места поднялся Шемитт, и с разрешения судьи вручил гному чек на сумму, ровно в два раза превышающую запрошенную. Разумеется, после этого потерпевший резко подобрел и теперь просил строго не наказывать подсудимых…

Остаток заседания прошел как по маслу, а приговор вполне удовлетворил все стороны.

Доволен был и судья, который открыто мне улыбался. Перехватив хмурый взгляд Шемитта, я улыбнулась в ответ и заглянула к Сергею поболтать. Конечно, это была сугубо дружеская беседа, но мне понравилась идея немного подразнить Шемитта.

Поджидающий в коридоре господин Дроггсон премию пожалел, вместо этого долго и многословно меня благодарил…

Вечер я провела с Инной, которая демонстрировала округлившийся животик и без умолку болтала о токсикозе и методах обезболивания при родах. Я терпеливо слушала ее, пытаясь вникнуть в проблемы беременных, хотя у меня это не слишком хорошо получалось. Мои мысли занимал Шемитт, но говорить о нем с Инной не хотелось. У нас и без того хватало тем для обсуждения…

На следующий день я отправилась на дежурство. Настроение было под стать сияющему на дворе солнцу. На сей раз время пролетело легко, как снежинка.

Я неторопливо собралась домой, подкрасила губы, взяла сумку…

Закрыв за собой дверь, я вдруг поняла, что в коридоре кто-то есть.

«Шемитт», — обрадовалась я. Забавно, почему-то мне даже не пришло в голову, что это кто-то чужой.

Это действительно оказался он: мгновенно приблизился и легко подхватил меня на руки.

Я тут же обняла его за шею. Полагалось принять обиженный вид и отомстить за волнения последних дней, но на это совсем не было сил.

Улыбнувшись, Шемитт прижал меня к себе покрепче, скользнул губами по виску…

— Я соскучился! Анна, я так соскучился! — прошептал он, покрывая поцелуями мое лицо.

— Я тоже, — задыхаясь, прошептала я…

Отдышаться получилось только через несколько минут, когда он поставил меня на твердую землю (хм, кажется, не такую уж твердую, или это у меня кружится голова?).

Шагнул в сторону… Несколько мгновений спустя на меня смотрел уже дракон в истинном облике.

— Садись, — строго приказал он, подставляя крыло вместо лесенки. — Можешь работать, если хочешь. Но после работы ты моя!

— Согласна! — заявила я, счастливо улыбаясь. — Куда мы полетим?

— На остров. Помнишь?

Еще бы я не помнила! Столько всего произошло на этом самом острове… Память услужливо подсовывала романтические картинки. Впереди два выходных, и никого, кроме нас двоих, на многие километры вокруг.

Я решительно взобралась на спину дракона. Фрейя, я готова лететь с ним хоть на край света!

События последних дней развеялись, превратившись в страшный сон. Как будто не было ни обиды, ни непонимания.

Остались только мужчина и женщина, которые не в силах оторваться друг от друга…

Я отчаянно мерзла. На улице уже вторую неделю подмораживало по ночам, но центральное отопление все еще не включили. Сидеть в консультации в пальто неприлично, а электрокамин сломался — по закону подлости, в самый неподходящий момент. Энергичная ходьба из угла в угол помогала мало, после пятой чашки горячего чая пить уже совершенно не хотелось. Медитация на огненную руну совуло тоже не оказала заметного действия. Даже хваленая магия не помеха холоду!

Оставалось тереть синеющие от холода руки и считать минуты до окончания рабочего дня. Дома меня ожидали согревающие средства на выбор: горячий душ, горячий чай и не менее горячий дракон (еще бы, огненный!). А лучше подходить к вопросу комплексно: залпом выпить чая и в обнимку с Шемиттом отправиться в ванную…

Увлекшись фантазиями, я даже подзабыла, что нахожусь в офисе. Ввалившиеся без стука клиенты ошалело уставились на адвоката, который встретил их мечтательной улыбкой.

— Госпожа Анна? — с явным сомнением уточнил один из них.

— Собственной персоной! — подтвердила я, разглядывая двух мужчин.

Их родство бросалось в глаза: оба рослые, поджарые, желтоглазые и пепельноволосые. Правда, лицо старшего обезображено шрамами, причудливо исчеркавшими правильные черты.

— Пожалуйста, присаживайтесь.

— Благодарю! — церемонно ответил старший, как бы невзначай распахнув полы куртки.

Меховой пояс с пряжкой в виде оскаленной волчьей морды. Следовательно, они ульвсерки. [49]