– Да уж! Слышал я об этом кошмаре, – скорбно кивнул Кракен. – Скорей всего именно мне шеф сегодня и поручит материал собрать и статейку склеить.

– Надо же! Ты уж держи и меня в курсе: что там, кто этих бедолаг, да за что. Потому что…, (только это строго между нами!), именно с этим самым Егорычем я выпивал днём в баре, до того как вспомнил про Базальта и отправился к нему. – Сочувственный, и заинтересованный взгляд друга, он понял правильно: – Именно! Вполне мог я в тот момент напиться с этим типом, да отправиться ночевать в тот подвал вместо второго пострадавшего… И мы бы сейчас с тобой не разговаривали…

– Лихо сюжет закручен! Теперь уж я точно покопаюсь во всём этом деле. Ведь если за тобой следили со всем тщанием, то…

И Загралов решил признаться, не желая, чтобы друг проводил какие-то параллели:

– Никто за мной не следил и не следит. Это я сам придумал, удивившись, что меня так легко из следственного изолятора выпустили. Фобия! Паранойя!

– А как же чип с микросхемой?

– Это официальная версия для Базальта. Заврался я немного, вот и пришлось на ходу импровизировать с тем, что под руку подвернулось.

– Экий ты!..

– Не отрицаю, лживая редиска! И напоминаю, что и тебе пока ещё не всё сказал, в целях твоей же личной безопасности.

Журналист Кравитц, на такие заявления только стебаться начал поддельно-восторженным голосом:

– Интересно люди живут: в Индию уехал – его обворовали, назад вернулся – его чуть многократно не убили.

Но тут же спохватился, что ему надо бежать по делам, и наскоро попрощавшись, умчался. А оставшийся в кафе Иван Фёдорович, катая между ладоней пустой стакан из-под сока, задумался над тем, что делать дальше.

 Правда единственным и самым интригующим занятием ему только и виделся процесс исследования сигвигатора. В карманах лежало сразу два ключа от квартир, но направиться на любую из них не позволяла удесятерившаяся, только со вчерашнего вечера, осторожность. Так что прежде чем прикасаться к выпуклостям таинственного устройства, следовало тщательно всё продумать.

Наиболее идеальный вариант – это работать в том самом институте, что и Базальт, иметь свободный допуск в лабораторию и использовать детально экранированное помещение. Увы, пока Иван такой возможности лишён. Даже если прямо сейчас пойти и устроиться на работу, не факт, что ему позволят хозяйничать точно так же, как Илье Степановичу Резвуну. А с другой стороны, попытка устроиться на работу, хоть и принесёт финансовое облегчение, сразу лишит независимости и полной свободы действий. Уж потом точно ни в какую Индию уехать не удастся.

"А может и не надо далеко от Москвы забираться? Какой бы там всплеск волн из сигвигатора не вырывался, на большом расстоянии он будет рассеиваться, теряться и поглощаться атмосферой. Всё-таки он опирается на ультразвук, а тот конечен в своих колебаниях. Значит достаточно просто заехать в то же Алтуфьево или Митино. Отыскать скромное кафе, наподобие этого и …заняться делом. Но вначале, всё-таки помотаюсь ка я внутри кольцевой, потискаю на кнопочки и осмотрюсь, как следует. Если ничего особенного вокруг не случится, тогда отыщу лупу и подамся на дальнюю окраину".

Выйдя из кафе, вначале позвонил Базальту, сказал, что с другом поговорил, некие деньги умудрился заработать, так что ужин сегодня с него. Ну и сказал, что хочет купить себе новые брюки, потому имеющиеся, после ночных приключений выглядели не лучшим образом. Поэтому помотается немного по центру.

Затем настроил телефон на приём радиоволны "Транспорт и его движение", и двинулся в метро. Естественно, Иван прекрасно понимал, что при сегодняшнем уровне развития техники, при желании можно отследить в метро любого человека. Камеры стоят всюду, огромный поток информации сводится куда-то в одно, максимум несколько мест, и сильные мира сего легко могут высчитать и зафиксировать нужного человека. Это опять-таки, если не предпринять неких особых, действий заранее. Одно из них: не слишком наглеть и не превысить умеренное количество включений сигвигатора. То есть пять, ну шесть включений должно хватить для первого раза. Второе: обязательно это делать уже перед самой остановкой поезда на станции. Третье: стараться после всплеска перейти в иной вагон, а только потом выйти. Также неплохо будет использовать как последние вагоны, так и центральные и обязательно выходить в гуще пассажиров. Ну и прочие маленькие шпионские хитрости не забывать, коих в голове всплыло неожиданно много.

Всего времени на операцию, названную в шутку "Пробой", у Загралова ушло часа полтора. И все эти девяносто минут вокруг не наблюдалось, а в наушниках не послышалось чего-либо подозрительного. Шесть включений никого не привлекли

Выбравшись, на одной из остановок в город, экспериментатор подался в первый попавшийся магазин одежды, и купил брюки какие попроще. Там же недалеко, в канцелярском киоске, купил небольшую лупу, и уже во всеоружии, вновь спустился в Метро. Операция "Пробой-2" заняла час. Всего три включения, показывающие, что носитель сигвигатора как бы движется на юг столицы, примерно в сторону аэропорта Домодедово. Сам же пересел на встречный поезд и поспешил в Алтуфьево. Пока доехал и прошёл несколько переулков, ничего тревожного в эфире не прозвучало. И уже успокоившись окончательно, выбрал невзрачное снаружи, но довольно уютное внутри кафе "Светлое", и, расположившись у окна, взял себе скромный обед.

Но, только осмотревшись сидя за столиком, и поняв, что его персона никого не интересует, прикрыл сигвигатор краем газеты, включил его и с вожделением стал присматриваться через лупу к миниатюрным буковкам и цифрам. Уж как ему хотелось хоть как-то, хоть краешек тайны приоткрыть. Ну не могла такая вещица, спровоцировавшая вокруг себя столько смертей, являться чем-то банальным и несуразным. Например: любимым пультом управления для электронных игрушек, которыми на досуге между убийствами своих врагов игрался Безголовый.