– Выглядит на семьдесят.

– Алкоголь разрушает организм человека ударными темпами, особенно женский. А, Филиппов?

– Что?

– Бросишь теперь пить после увиденного?

– А я при чем? Я не женщина. У меня организм мужской, надолго хватит.

– Как ты упорен в своих пороках!

– Увы, босс, что есть, то есть, – не сопротивлялся Филиппов.

Они уселись в машину. Демон лучезарно улыбнулся, поблескивая белыми зубами:

– Ну, как? Успешно?

– Пока пусто. Слушай, Демон, опера говорят – этот Тополев, зарезавший Болта, прячется здесь, в районе. Надо бы его найти. Хочется узнать, чем его Болт рассердил. Вдруг причина была очень серьезная.

– Сделаем, – просто согласился Демон.

– Тогда начнем отрабатывать вторую версию – деловую. Хотелось бы узнать подноготную вашей организации – кто крутится рядом с супербоссом, кому мог мешать Саша Игрок.

– Ты не боишься, что слишком много узнаешь? – Улыбка Демона приобрела зловещий оттенок.

– Я вовремя остановлюсь. Я опытный в этих делах.

– Едем.

Демон привез сыскарей к одной из рабочих общаг. При социализме здесь «кантовались» заводские бесквартирные. В «лихие девяностые» общежития криминально приватизировали люди из заводоуправления, сделав многоэтажки частной собственностью. В последние годы здесь в основном селились гастарбайтеры. Хозяева, особо не утруждая себя заботами об аварийной собственности, не забывали собирать арендную плату.

Было немного жутковато входить в это убогое, пропитанное бедностью и криминалом здание. Половина окон не имела стекол, и рамы были забиты фанерой. Все балконы были завешаны стираным бельем. Молодые сыны Средней Азии, сидящие на корточках на крыльце, ели хищными взглядами – «чужих» здесь не любили.

Внутри было мрачно, шумели дети. Под потолком клубилась завеса табачного дыма. Где-то далеко играла цветастая таджикская мелодия. Демон молча вел сыщиков по длинному коридору к лестнице.

Они поднялись на третий этаж. Здесь дети уже не шумели, но кричал кто-то пьяный. Они зашли в просторную жилую комнату, чистую и хорошо обставленную. Демон кивнул на обеденный стол с чайными принадлежностями:

– Подкрепитесь. Я отойду на пару минут. Расслабьтесь и никого не бойтесь. Будут гундосить – сразу бейте в пятак, без разговоров! Я потом разрулю.

– Мы не боимся, – сказал неуверенно Сергей, усаживаясь за стол.

Демон ушел. Филиппов взял с тарелки свернутый в трубочку блинок, жадно откусил, с полным ртом произнес:

– Если жизнь в такой клоаке их прикалывает, представь, в каком дерьме они существуют у себя на родине!

У Сергея аппетита не было. Чувство опасности, пропитавшее организм, мешало думать. Ясно, что они приехали в одну из «малин» – бандиты Вазелина плотно контролировали общежития, селя здесь нелегалов, торгуя наркотой, содержа притоны, и это только начало, дальше предстояло узнать еще худшее.

Вернулся Демон, жизнерадостный и улыбчивый.

– Все о’кей. Через пару минут здесь будет шеф. Я говорил с ним по айфону. Он сам объяснит вам ситуацию в организации.

– Хорошо, – сказал Сергей. Другого он и не мог сказать.

Вазелин появился эффектно. Дверь с силой распахнулась, и он возник из мрака коридора – высокий, лысый, в белом костюме. Он был убийственно притягателен, как огонь свечи в ночной мгле.

У Сергея захолодело в груди. Сашка Филиппов, прекратив обжираться, непроизвольно встал, но Вазелин повелительно качнул ладонью, и он бессильно опустился обратно на стул.

Вазелин был один. Дверь комнаты закрылась, и магия исчезла. Он просто прошел к столу и сел на свободный стул.

Демон отошел к окну.

– Результатов еще нет? – нарушил тишину Вазелин.

– Некоторые наметки, – хрипло отозвался Сергей.

Вазелин ощерился в ухмылке.

– Демон говорит, ты работаешь усердно, полиция тебя знает, информацией делится…

В этот раз улыбнулся Сергей, окончательно расслабляясь и приходя в себя после шокирующего появления босса местной мафии – Вазелин сидит рядом, и ничего не происходит.

– Я с полицией информацией не делюсь, – как бы отвечая на скользкий намек авторитета, твердо сказал Сергей.

– Я верю. Иначе как частному сыщику тебе грош цена. Что ты хочешь знать о нашей организации?

– Саша был вашим ближайшим соратником…

– Понимаю. Ты предполагаешь, что кто-то из наших убрал его, чтобы самому занять его место. Что ж, такое можно предположить, на меня работает много честолюбивых людей. Но заметь, Саша был моим братом. Кровным братом – он пролил кровь за меня. Его место останется вакантным навсегда.

Вазелин помолчал, изучая свои наманикюренные ногти на холеных пальцах. Тонкий перстень с крупным бриллиантом на мизинце искрился волшебным светом. Вазелин залюбовался им, потом очнулся.