Не хватало еще, чтобы работники магазинов, салонов, дискотек ходили с плакатами во дворе головного офиса вдоль мусорных баков с явными намерениями посягнуть на мое спокойствие, создавая конкуренцию тем, кто рассматривает эти самые контейнеры в качестве существенной прибавки к пенсии или реальной меры социальной защиты населения.

Пока я бездельничал в Москве, мои сотрудники даром времени не теряли, продолжали своим самоотверженным трудом крепить могущество родины. Марина обнаружила в приемной целый ящик вместе с некоторыми материальными свидетельствами подобного рассуждения. Бойко выполнил важное поручение, сапожник изготовил специальную обувку по моим чертежам для охоты в зимних условиях, кроме того, в коробе валялся пакет с корявой суммой в двадцать шесть тысяч долларов. Этот факт подчеркивает не столько обязательность Коти, как свидетельствует о твердом финансовом положении некоторых государственных предприятий, успевших выбрать правильное направление на пути реформ.

Чтобы не подкачать и доказать самому себе – имею полное моральное право называться руководителем, умеющим делать выводы из создавшейся ситуации, я тут же прикипел к мини-АТС и начал раздавать ценные указания. Жаль, что сердце генерального менеджера оказалось слабо подготовленным к очередному сюрпризу начальника отдела снабжения, на подходе то самое время, когда он проявит свои способности во всем блеске.

В связи с тяжелой продолжительной болезнью обязанности генерального менеджера пришлось возложить на главного инженера. Фильм, конечно, он снял потрясающий, однако в качестве премии получил исключительно дополнительную работу. В конце концов, Новый год не за горами, ему самое время нацепить на себя личину Санта Клауса и рысачить среди города с весьма условным мешком подарков. Непросто придется, но мы не пугаемся трудностей с детства, а усиленно их преодолеваем. Какой там мешок; ему контейнер понадобится, чтобы укладывать под новогодние елки хороших людей скромные сувениры, вроде золотых изделий, видеомагнитофонов, норковых шуб и даже наборов с шоколадами.

По этому поводу бухгалтер получил ценное указание, однако мой козлобородый специалист заканючил в ответ всякие возражения таким голосом, что мне пришлось дать согласие на аудиенцию. Приказав шефу брокерской группы перебросить плохо расходящиеся елочные украшения из магазина “Север” в лавку “Веригуд”, где они шли на “ура”, попутно сделав распоряжение резко увеличить поставку икры-колбасы из забитого такими товарами центра города поближе к народу, живущему на окраинах, я несколько расслабился, прикурил сигарету и лишний раз понял, что уже заработал на пару чашек кофе согласно бухгалтерским показаниям для контролирующих организаций. В конце концов, почти у всех моих предприятий мало того, что есть рентабельность, так еще и весьма солидная прибыль, целых семь, а то и восемь процентов. Правда, сейчас туго идет одежда и некоторые промышленные товары, зато просто на загляденье расходятся одноразовые пакеты и совки для дерьма.

– Мариночка, – жму кнопку селектора. – Доступ к телу открыт. Желающих много? Да, соедини меня с Рябовым.

– Рябова нет на месте. В приемной тоже никого, – поведала Марина. – Зато жди сюрпризов.

Я чуть было не испугался, вдруг за время моего отсутствия в городе господин Никифоров сумел выскочить из своей могилы, но ярая атеистическая убежденность взяла верх над дурными мыслями.

– Что случилось? – любопытствую, наливая в чашку жалкие остатки кофе. – За мной КГБ придет, арестует по поводу маскарадного костюма?

– Нет, – успокаивает меня секретарша. – Насчет КГБ можешь не надеяться. Его нет. Зато Костя заявился.

С больным сердцем. И ящиком валидола под названием коньяк.

– Спасибо, можешь не продолжать. Костю ко мне не пускай, иначе от его рассказов моя голова превратится в задницу. Перед встречей с главбухом это пока нежелательно.

– Хорошо, – явно обрадовалась Марина.

– Кофе принеси, – пользуюсь ее настроением.

– Обойдешься, – решительно отрезает секретарша.

Самая неприятная новость сегодняшнего дня. Кроме той, что в приемной пока пусто. Это как в природе, затишье перед бурей. Сперва посетителей нет, зато потом пойдут косяком, только успевай всех выслушивать. Главный бухгалтер тоже хорош. Никак до моего кабинета не доберется. Одно только успокаивает – если Костя снял с себя личину изгнанника, значит Рябов, как всегда, сработал четко.

Главный бухгалтер застукал меня за таким занятием, если бы умел – впору краснеть. Тайком от Марины я собственноручно приготавливал кофе. Козлобородый специалист не придал этому особого значения, зато я тут же сделал вид – встреча с ним мне куда важнее, чем очередная доза бодрящего напитка.

– Моя задача – стоять на страже каждой копейки фирмы! – выдал он свою любимую фразу, ожесточенно блестя глазами. Пристально взглянув на старичка, я шумно потянул в себя ноздрями воздух и заметил:

– Позор! Алкоголизм на рабочем месте. Что с тобой? Ты же не главный инженер, это если от него не несет кониной, значит заболел… Интересно, по какому поводу стоишь на страже каждой копейки на нетвердых ногах?

– Костя заставил, – слегка смутился главбух. – Всего одну рюмку.

– Заставил? Где твоя сила воли? Он что, нож к твоему горлу приставлял? Лучше признавайся: ты с сегодняшнего дня не отрываешься от коллектива.

– Да, они уже пьют, – с ходу настучал на моих подчиненных новоявленный поклонник коньяка. – Чтобы слабое сердце этого маленького негодяя лучше заработало. И меня заставили. Всего одну рюмку.

– Чего ты заладил – одну рюмку, заставили? Расколись окончательно, что боялся отказать Косте.

– А кто с ним рискует связываться? – запищал хранитель каждой копейки фирмы. – Один вот до сих пор с сердцем лежит. Начальник отдела снабжения! Он всех снабжает. Неприятностями. Его штучки только на тебя, Рябова и Марину не распространяются.

– И на главного инженера, – напоминаю я.

– Да, но только после того, как он применил ответные меры физического воздействия. Правильно сделал. Но мало. Эту маленькую дрянь нужно…