– Что-то заставило их выступить раньше срока. – Дрогов вопросительно смотрел на жену и графа ди Гордони. А Лесси вдруг почувствовала себя виноватой, что оставила свою землю в тяжелый час. – Везти его высочество обратно в замок теперь бессмысленно. Нам нужно доставить мальчика либо к герцогу, либо к Ронтону.

– «Нам»? – поднял брови граф. – Вы собираетесь сопровождать нас, капитан?

– Естественно, – холодно посмотрел на него Дрогов. – В стране неспокойно, а принц – слишком ценная добыча для альгавийцев. Вот только куда лучше направиться?

– К герцогу, конечно. – Граф был удивлен.

– Почему?

– Ну… – растерялся граф. – Потому что это герцог Контерд, а не непонятно кто…

– Я понимаю, что вы незнакомы с Ронтоном и потому не доверяете ему. – Дрогов накрыл ладонью руку возмущенной Лесси. – Я в ответ на это могу сказать, что не знаю герцога, а вот в Ронтоне, наоборот, всемерно уверен. Однако, на мой взгляд, исходить нужно все-таки не из личных симпатий, а из соображений целесообразности. Вы со мной согласны?

– Вы правы, капитан, – заявил за отца Джастин. – У вас есть какие-нибудь соображения?

– У меня создалось впечатление, что герцог и Марис идут навстречу друг другу, – задумчиво сказал пират. – Где они встретятся – пока неизвестно. – Он достал карту, расстелил ее на столе. – Герцог примерно здесь, Марис – где-то тут. – Дрогов отметил на карте два кружочка. – Это если, конечно, верить слухам. Я бы направился прямо на север, где-то здесь они должны встретиться, и мы непременно наткнемся на кого-нибудь из них.

– Кстати, отец, а я бы поехал к этому Ронтону, – вдруг сказал Джастин, внимательно разглядывая карту. – Во-первых, чем дальше на запад, тем больше альгавийцев, во-вторых, у Ронтона должно быть больше народу, а значит, безопасней. И потом, они сейчас где-то недалеко от нашего замка. А вдруг они ждут нас там?

Граф с сомнением посмотрел на сына.

– А ведь вы правы, Джастин, – признал Дрогов, уважительно глядя на юношу. – Значит, решено?

– Решено, – проворчал старый граф.

– Собирай команду, Грай, – велел Дрогов боцману, выходя из каюты.

– Зачем? – насторожился было тот, но капитан так глянул на него, что Грай предпочел молча повиноваться.

Дрогов с непроницаемым выражением лица смотрел на собравшихся перед ним пиратов. Он провел с этими людьми всю свою жизнь, за каждого из них он, не раздумывая, обнажил бы оружие и знал, что любой из его команды сделал бы то же самое. Их братство было накрепко спаяно сталью, кровью и соленой морской водой. Но теперь пришла пора расстаться. Он слишком смутно представлял себе собственное будущее, чтобы тащить за собой кого-то еще.

– Я уезжаю, ребята, – тяжело начал он. – Боюсь, вам придется выбрать нового капитана.

По рядам корсаров пронесся гул.

– Спокойно, волки! – возвысил голос Дрогов. – Вы знаете, что у нас на борту маленький принц и его нужно доставить к верным людям.

– Ну так отвози и возвращайся, капитан! – выкрикнул Гренни. – Мы подождем.

– Долго ждать придется, ребята. И не только в принце дело.

– Ведьма, – пробурчал кто-то, кажется, Порг.

– Верно, старина, – опасно усмехнулся Дрогов. – Ведьма. Моя жена. Так уж получилось, волки. Теперь моя дорога лежит за ней. А куда идет ее дорога, мы и сами не знаем. И что будет с нами, когда мы пройдем ее до конца – тоже. Все может статься. Это не просто очередное опасное приключение. – Он обвел взглядом притихших пиратов. – Поэтому я складываю с себя капитанство. Выбирайте нового вожака, волки. Молчи, Грай. Среди вас есть достойные.

– Черт побери! Ты можешь скормить меня рыбам, капитан, но я тебя не брошу! – вскочил с места Орни. – Морской еж мне в глотку! Мы прошли с тобой огонь и воду, капитан! Да неужто ты думаешь, что мы позволим тебе одному сунуть голову прямо в акулью пасть?! Верно говорю, парни?

– Верно! – раздались единодушные голоса. – Так, Орни! Правильно!

Дрогов смотрел на полные веселой решимости лица своих людей и чувствовал, как внутри его что-то переворачивается.

– Я сам не знаю, куда приведу вас, волки, – тихо напомнил он.

– Тысяча акул, да ты ж везучий, капитан! – хохотнул Свен. – Клянусь бородой морского владыки! Тебя ж фортуна любит! Какая разница, куда лежит твоя дорога? Всяко к удаче выведет!

Эти слова были встречены одобрительным ревом. Дрогов обреченно вздохнул. В него верили, слепо и безоговорочно, и теперь ему придется любыми средствами оправдать эту веру.

Элина ди Гордони гостила в замке Смегнни уже почти две недели. Барон и баронесса великодушно решили, что девушка побудет у них до возвращения отца и брата. Графиня не открыла им истинную цель этого путешествия, передумав в последний момент. «Что-то я слишком подозрительной стала», – подивилась она собственной скрытности. Да, конечно, они прятали принца, но то ведь от альгавийцев, а не от своих добрых соседей! Тем не менее графиня предпочла промолчать.

Элина вообще в последнее время поражалась себе. Привычная обстановка, роскошь и праздность не доставляли ей радости, прогулки по саду и вышивание с баронессой казались нелепыми, общество галантного Вартольда откровенно раздражало. Она понимала, что барон в этом не виноват, Вартольд был в общем-то неплохим, довольно милым молодым человеком, и в прежние времена она с удовольствием проводила с ним время. Но сейчас в ней – она чувствовала – что-то неуловимо изменилось. Знание, что где-то не особенно и далеко десятки, сотни людей сознательно подставляют себя под удар, идут, быть может, на смерть ради избавления страны от альгавийцев – это знание теперь всегда было с ней. Вокруг говорили «разбойники», «мятежники» – а она видела перед глазами знакомые лица с усталыми глазами. Она была противна самой себе – за то, что молча позволяла хулить повстанцев, за то, что улыбалась альгавийскому капитану Вланнесу, пару раз заезжавшему в замок, за то, что так и не разубедила барона и баронессу в том, что замок ди Гордони сожгли разбойники. Она пыталась оправдать себя тем, что ей нужно соблюдать тайну принца Армана, но очень скоро была лишена и этого оправдания.