«Нет, так дальше нельзя, усну в полёте», — решила она и потянулась назад, в сторону заднего диванчика, где располагался мини-бар. Выудив зеленоватую бутылку с настойкой тария, она одним движением большого пальца свинтила золотистую крышку и поставила открытую бутылку на пол рядом с собой. Отсчитав пять капсул фенота, Таэр закинула их в рот и разжевала. Сморщившись и зажмурив глаза от непередаваемой феерии, что происходила у неё во рту, она на ощупь нашла бутылку с тарием и сделала несколько жадных глотков, прямо так, из горла.

— Определённо, если эту мерзость разжёвывать, эффект в два раза больше, — несколько осипшим голосом произнесла она вслух и, закрыв бутылку, направила флаэр к выезду из гаража.

Поиск больницы потребовал от неё шесть часов времени, ещё пять таблеток фенота и поднятой на уши ночной смены ретейнерской службы Дома Файрон. Наконец, когда все участвующие в процессе уяснили, что, с одной стороны, речь не идёт о ком-либо из дворян, а с другой стороны — лорд Кассард принимает все расходы на себя, не особо заботясь об их размере, была найдена подходящая клиника. Дежурный врач которой, вежливый и немногословный мужчина с благородной сединой на висках, заверил её, что их оборудования и опыта достаточно для работы с бластерными ранениями такой сложности и что они приступят к терапии, как только к ним будет доставлен пострадавший.

Оставалось доставить пострадавшего, поэтому спустя ещё полтора часа Таэр стояла на залитой золотыми лучами рассветного солнца посадочной площадке и ёжилась от пронизывающих порывов холодного ветра, которые гуляли по крыше клиники. Она бы с удовольствием подождала транспортник бентарцев в тёплом и уютном флаэре, но рядом с ней мёрзла тройка медтехников во главе с дежурным врачом, которым было явно прохладней, чем ей. Бентарцы ощутимо задерживались. Им пришлось провести на крыше ещё минут десять, прежде чем над их головами прошла туша транспортника. Подгоняемая мысленными проклятиями встречающих, машина грузно развернулась носом к лифтам и, снизившись, с громким шипением опустила носовую аппарель.

Не дожидаясь, пока аппарель опустится полностью, на площадку спрыгнул молодой мужчина в золотистой форме бентарской гвардии. Спустя несколько мгновений следом за ним, уже по опущенной аппарели, спустилась пара в синих комбинезонах техспецов, толкавших перед собой на тележке массивную капсулу замкнутой системы консервации. Верхняя крышка капсулы была прозрачной, но сквозь мешанину трубок, выдвинутых блоков наблюдения и голубое сияние спиралей регенераторов лица лежащего было не разобрать.

Персонал клиники, должно быть, радуясь возможности покинуть крышу и убраться подальше от пронизывающего ветра, бросился к капсуле и, буквально отняв её у бентарских техников, поспешил к лифтам. Остался только дежурный врач, он что-то выяснял насчёт истории наблюдений и уже проведённых процедур.

— Гвардии стек-лейтенант Лит Медел, — представился подошедший к Таэр бентарский гвардеец, подняв руку в воинском приветствии.

— Гвардии сайн-лейтенант Таэр Дилтар, рука лорда Кассарда, — ответила она, махнув двумя пальцами от виска. — Я хочу поблагодарить вас и все силы Дома Бентар от лица его светлости, а также от себя лично за вашу помощь и заботу о раненых.

— Ну что вы, — возразил гвардеец. — Боюсь, что мы сделали недостаточно. Поэтому, в свою очередь, я от лица Дома Бентар хотел бы принести наши глубокие извинения за то, что мы не сумели предотвратить нападение на наших гостей. А также передать его светлости лорду Кассарду письмо от её светлости леди Беллар. — Он протянул золотистый конверт и чуть склонил голову.

Взяв письмо и тоже чуть склонив голову, чтобы обозначить учтивый поклон, Таэр попрощалась с бентарцем и поспешила к лифтам, мысленно коря себя за непредусмотрительность.

«Ладно лорд забыл, но я-то: ни письма с благодарностью, ни подарка. Ещё пойдут слухи, что лорд Кассард — неблагодарный жмот. Надо будет намекнуть его светлости, чтобы одарил всех участвовавших в его спасении».

— Кроме уродов из разведки, планировавших эту операцию, — добавила она вслух, оказавшись одна в просторной кабине лифта.

В клинике её ждала процедура по извлечению Дудо из капсулы медконсервации и долгая беседа с подъехавшим главным врачом клиники.

Клиника была очень дорогая, поэтому главврач — Юсси Пинтирси, как и ожидала Таэр, оказался сухоньким, невысоким даже для его расы, мирлиссти, в синем халате служителя Заступницы. Он пригласил её в свой кабинет — со вкусом обставленное овальное помещение в витиском стиле — без окон и отделанное полированным красным вязом.

— Понимаете, госпожа Дилтар, — начал объяснять главврач, после того как Таэр вежливо отказалась от напитков, принесённых помощницей. — Ранение, полученное уважаемым Гуваром, крайне тяжёлое. — В его огромных зелёных глазах проступила скорбь. Тяжко вздохнув, он поднял сложенные домиком ладони ко рту и ненадолго замолчал, явно пытаясь подобрать подходящие слова.

— Существует несколько подходов к лечению подобных ран, — наконец произнёс мирлиссти. — И они очень различаются по цене и результатам.