— Отсюда? — удивился Раш. — Это идеальное место. На мили вокруг ни одной живой души. На шоссе в основном только мужчины. Тут все ясно. Водители, приезжающие за горючим, сезонные рабочие на фермах? Им всем только одно надо — банку квазипива да девку в постель. Это экономика. Спрос и предложение.

— Старый добрый дух первопроходничества, — произнес Фальк, — пот, тяжелый труд и линейная справедливость. Старые добрые ценности.

— Но вы же не думаете, что все это из-за девчонок, а? — спросил Прибен.

— Что из-за девчонок? — переспросил Фальк.

— Эта война, — ответил он. — Или, по-вашему, Блок устроил эту заварушку только потому, что кучка фермеров-переселенцев насильно удерживает нескольких девчонок?

— Прибен, ну ты иногда ляпнешь… — усмехнулся Фальк. — То, что происходит сейчас, — самое обычное дерьмо. Да Блоку наплевать на этих женщин, как и ОО. Они просто жертвы обстоятельств.

— Хотя связь существует, — заметил Раш. — Граница между нами и той подконтрольной областью, похоже, довольно проницаема, по крайней мере для черного рынка. Наверняка там есть тоннели, по которым людей переправляют через границу. И террористов тоже. Силы Блока внедряются в этот регион и выжидают, когда придет время действовать. Скорее всего, вот так они и попали сюда.

Фальк кивнул.

Они выяснили, что девушек зовут Милла, Ленка и Тал. Милла была высокая брюнетка. Ленка только и делала, что беззвучно плакала.

Взяв кружку с квазикофе, Фальк какое-то время сидел в кухоньке, беседуя с Тал.

— Ты знаешь, что это за место?

— Попа говорил, что этот дом должны были построить для одного важного человека. Тот подал заявку на весь этот участок и, не дожидаясь ответа, начал стройку. А заявка не прошла или что-то в этом роде. Поэтому от строительства пришлось отказаться. И этот человек очень сильно рассердился.

— Ты знаешь, как зовут этого человека?

Она отрицательно помотала головой:

— Мне никогда не говорили, но когда мы только прибыли сюда, видели некоторые документы, и в них указывалось имя: Себерг.

— Они пользовались этим домом, потому что он пустовал?

— И потому что пустовал, и потому что шикарный. Попа говорил, что ему платили больше, если он обещал переправить человека в местность поприличнее. По-моему, владелец этого дома был в деле с Попой и с теми, кто продал нас за границу. Они все работают на добыче полезных ископаемых или возят грузы.

— Так, а те, кто приезжал сюда, тоже были водителями? С шоссе? Или фермеры?

— И такие были, но в основном приезжали с карьеров и шахт. Горные инженеры. Понимаете? Старатели. Они работали в этой местности. Приезжали на месяц-два.

— Граждане Блока?

— Да, но были и из ОО. С обеих сторон.

Фальк слушал, как дождь барабанит в потолочное окно.

— Они привозили с собой других девушек? — спросил он.

— Да, я видела нескольких, — ответила она. — Их привезли сюда позже нас. Нас держали в разных местах.

Фальк вытащил свои антиблики, нашел нужный кадр и, поставив на паузу, передал их Тал.

— Узнаешь ее? — спросил он.

Тал выглядела странно с задранным подбородком и в антибликах, будто пристально смотрела на что-то прямо перед ее собой.

— Я ее не знаю.

— О'кей.

— Но я узнала мужчину.

— Да? — переспросил он.

Тал кивнула и отдала ему антиблики:

— Он иногда бывал тут. Один из клиентов.

Фальк надел антиблики и посмотрел на остановленный кадр, который показывал ей. Мгновение из ролика, снятого Смиттсом. Девушка, которая застрелила его, и крупный темноволосый мужчина пробираются, пригнувшись, в открытый люк «Пикадона». Со спины их освещает яркий белый свет. В следующую секунду они выпрямятся и направятся в сторону камеры.

— Это точно он?

— Да.

— Знаешь его имя?

— Нет.

— Он из Блока или ОО?

— Из Блока, — ответила Тал, — но притворялся, что из ОО. Акцента у него почти не было, но не настолько, чтобы не заметить. Примерно, как у тебя. Я догадалась, русский — для него не родной.

— У меня дополнительная программа к антимату.

— А что это? — спросила она.

Он помотал головой, давая понять, что это не имеет значения.

— Специально так сделали, чтобы его речь звучала на языке ОО.

— Я слышала, как Попа называл его деловым партнером. И еще кто-то сказал, что он с местной фермы. Его руки пахли удобрениями. Не очень-то приятно.

— А Попа чем занимался? Знаешь? Ну, кроме девочек, я имею в виду.

— Говорил, работает на складе горючего.

Она посмотрела на него:

— Сначала ты спросил меня об этой девушке. Почему?

Она стреляла в меня.

— Стреляла в тебя? — В ее голосе звучало недоверие.

— Это входное отверстие от пули. — Он указал на свое лицо.