Внутри маленького чистого зала не наблюдалось ни одного посетителя. Видимо, они предполагались немного позже. Чему свидетельствовали выставленные в ряд на "барной стойке" пузатые глиняные кружки. А еще здесь пахло хлебом, жареным мясом и какими-то травами, отчего у меня тут же усилилось слюноотделение.

– Присаживайтесь за любой стол, - "благословил" нас мужчина.
– А я сейчас сам вас накормлю.

И так мне понравилось это его "накормлю", вместо употребляемого официально "обслужу", что сразу же захотелось расслабиться и ни о чем больше на свете не думать, кроме того, кто сел сейчас напротив меня и любопытно оглядывается по сторонам:

– А что у вас за праздник сегодня в деревне?
– спросил Борамир у вновь подошедшего к нам Шимона.

– День Михаила и Алиции, господин.

– Это какие-то святые?
– осторожно поинтересовалась я.

– Святые?.. Хотя, для нас они и в правду, как святые. Они были основателями того бродячего театра, который сюда потом всем скопом и выслали. Михаил - жонглер, а Алиция, жена его, танцовщица. Вот в их честь в этот день каждый год мы и устраиваем состязания: среди мужчин - жонглерские, а среди ба... женщин - танцевальные. А потом уж гулянья до утра. Все, как полагается, в общем... Так чем вас порадовать?..

Порадовались мы в итоге, на славу. Опустошив, ко всему прочему на двоих кувшин местной "рябиновки", от которой в голове стало вдруг легко, а на сердце тепло. Правда, тосты выбирали очень осмотрительно, но, только сначала:

– А давай теперь выпьем с тобой за Мокею. Пусть ей в твоем Озерном замке не... не... в общем, не сквозит.

– Та-ак, Вета, пора заканчивать... И почему я раньше не додумался тебя вином угостить?

– Ну да. Это тебе не какой-нибудь там ликер "Женепи".

– Это точно...
– окунулся в красочные воспоминания Борамир.
– Послушайте, Шимон, этой девушке нужно подходящее для вашего праздника платье. У вас что-нибудь найдется...

– ... подходящее?
– уперся в меня взглядом мужчина.
– Найдется. От старшей дочери осталось.

– Она что, умерла?
– удивленно выкатила я глаза.

– Что вы!
– всплеснул руками Шимон.
– Замуж вышла и уехала в Медянск. Сейчас я гляну в кладовке...

Платье мне понравилось. Изо льна, выкрашенного в темно зеленый цвет, с авангардно (для деревни) высокими боковыми разрезами и вышивкой на груди то ли цветка, то ли паука. Осталось лишь определиться с местом для ночевки. Но и здесь нас выручил хозяин "Веселого кнута", живо пристроив на постой к собственной теще:

– Все другие хорошие дома заняты. Ко многим родственники на праздник съехались из соседних деревень. А у нее избушка есть в углу огорода. Там раньше мать ее жила. Чудная она была, правда. В полнолуние в озерце купалась аж до самой смерти. Так что, если вас не смущает такое место, то дочка моя младшая проводит до нее. Это через площадь как раз, на другом конце Весёлок. Ну, так что?

– Нас не смущает, - уверила я сразу за двоих.
– Мы сами, знаете ли, кое-что тоже можем... Через дымоход влетать, например, и...

– Угу, - прижал меня к себе Борамир, не дав огласить весь список возможностей.
– И сказки рассказывать... Где ваша дочь?

Младшая дочь Шимона, костлявая девушка с парой запоздалых прыщей на лбу совсем по-взрослому окинула моего спутника взглядом, после чего тут же задала нам темп движения, очень близкий к бегу. Видимо, ей, обремененной семейным бизнесом, очень хотелось, хотя бы ненадолго, вырваться на свободу. Поэтому, мы и не заметили, как, практически, с разбега, ворвались в самую гущу массового гулянья. Правда, нам повезло, и бабушка нашей провожатой оказалась именно там, а не у себя дома - за стоящим немного в стороне, накрытым прямо на площади столом. Тут же произошло знакомство, а после этого, в основном знаками через стол, так как услышать друг друга было очень сложно, нам объяснили наш будущий адрес... И веселье началось...

Все площадное пространство, довольно просторное для такой небольшой деревеньки, было поделено сейчас на две зоны: мужскую и женскую. На первой, играя мышцами, к своим состязаниям готовились жонглеры. На второй - разминались местные хореографические таланты. А стол, за которым сейчас, в числе прочих "божьих одуванчиков" гордо крутила носом наша крартиродательница, и вовсе оказался местом для "женского" жюри.

И все это скопление народа, постоянно перемещающееся и галдящее в предвкушении действа, было ярко освещено множеством магических шаров, зависших в воздухе на допустимой высоте. Вскоре я разглядела и самих специалистов по иллюминации - двух молоденьких магов воды, видимо, решивших подзаработать на празднике в честь местных "святых" скоморохов.

Мы же с Борамиром сначала, как заправские туристы, попытались осмотреть всю площадь. Но, после того как ему пришлось дважды вылавливать меня из людского потока, решили сменить тактику и весьма удачно заняли стратегическую возвышенность (перевернутую телегу с высокими бортами). С нее очень хорошо просматривались обе состязательные половины...

"Но, только не думай, о том, что скоро все закончится. Только не оглядывайся назад... Только не смотри в его глаза. Как они внимательно следят, ловят каждое твое изменение в настроении... Только не думай"...