– Ну, знаешь ли, если это и любовь, то какая-то странная. Ты бы видела его потрясение в тот момент, когда он их увидел. Да и потом... Скажи, тебе станет легче, если ты узнаешь правду?

– Да что уж там?.. Говори.

– Я знаю графа Ракницкого не так хорошо, как ты, но успел понять, что он человек глубоко порядочный, человек слова. Сейчас таких мало даже среди его уровня. И он не стал бы давать тебе... ложных обещаний, а тем более, делать признаний. Что же касается его жены, то, здесь, безусловно, лишь чувство долга с его стороны. Тем более что, не смотря на его честный о тебе рассказ, она все же требует воссоединения семьи.

– Значит, он ее больше не любит?

– Нет, Вета. Я в этом уверен. Он любит тебя. Но, повязан теперь с ней.

– А что, в Ладмении нельзя аннулировать браки?

– Можно, конечно. Но, здесь другое.

– Какая-нибудь страшная клятва?

– В его случае, и одного обещания достаточно. Он аристократ из очень древнего рода... очень консервативного рода.

– О-о, - обхватила я голову руками.
– Опять этот долг. Против него я уж точно бессильна... Глеб, что же это за жизнь такая? Одно находишь, а другим, значит, расплачиваешься?.. Где он?
– не утруждая себя вставанием, взмыла я в воздух и завертелась по сторонам...

Борамир стоял под каменной аркой, прижавшись к ней спиной, и глядел в небо. Вот прямо с неба я к нему и свалилась. А потом зависла напротив:

– Сколько у нас с тобой осталось времени?

– Времени?..
– поймал он меня и обхватил руками.
– Думаю, сутки у нас есть. Чего ты хочешь?

– Я хочу провести с тобой каждую минуту до последнего нашего срока.

– Я тоже этого хочу. Очень хочу... Но, вот где?

– А мне без разницы, - тряхнула я головой.
– Хоть прямо здесь.

– Прямо здесь?..
– всерьез огляделся по сторонам Борамир.
– А есть ты хочешь?

– Вообще-то, хочу.

– Ну, тогда, давай сначала в Выселки. А там видно будет. Заодно и тебя переоденем, - опустил он меня на землю.
– Господин Анчаров!.. Глеб!
– окликнул все также сидящего на краю некроманта. А, когда тот подошел к нам, пожал ему руку.
– Спасибо вам за все. Дальше мы сами.

– Точно?
– профессионально прищурился он на каждого из нас по очереди.

– Точно, - решительно кивнула я в ответ, подумав про себя, что поистерить я успею и позже, а вот ближайшие сутки надо потратить куда полезнее.
– Только, ты...

– В Медянск я заскочу, - опередил меня Глеб.
– И твоих предупрежу. Хотя, я думаю, им сейчас, все равно не до тебя...

Из подвала мы с Борамиром вынырнули в районе "меченого" эльфийского ельника, недалеко от деревенских огородов. И в Выселки вошли, уже как обычные люди. Правда, наряд мой вызвал некоторый интерес у парочки местных собак. А в остальном, на нас никто особого внимания не обратил. К тому же на здешних просторных улицах, засаженных вдоль обочин яблонями, было подозрительно мало народа. Возможно, время еще совсем не прогулочное. Хотя, солнце уже висело над самыми горами...

– Праздник у них здесь, что ли?
– вытянулся во весь свой немалый рост Борамир, вглядываясь в конец длинной улицы.
– Слышишь музыку на площади?

– Я и площадь то не вижу... А что за праздник может быть сегодня?

– Не знаю, - пожал он плечами.
– Календарных нет. Для свадеб...
– запнулся он на этом слове.
– рановато еще. Их осенью играют... Возможно, местный.

– Ага, день Выселок. Пойдем, посмотрим. Интересно ведь. Когда еще такое увидишь - гулянье в деревне скоморохов?

– Так, может, здесь тогда и останемся на ночевку?
– усмехнулся мужчина.

– Мне без разницы. Хоть среди поля в стоге сена.

– В стоге, говоришь?..
– вновь озадачила я его.
– Вета, для начала давай поедим и тебя переоденем во что-нибудь подходящее... для праздника... и для стога.

Вскоре, по этой же улице, нашлась и местная таверна с задиристым названием "Веселый кнут" и хозяин ее, опознанный нами по длинному чистому фартуку - невысокий крепыш с седым ершиком волос. Мужчина, стоя на уличной лавке, пристально вглядывался примерно в том же направлении, что и Борамир несколькими минутами раньше. А рядом с ним нетерпеливо прыгала остроносая дворняжка. Она периодически хватала своего хозяина за штанину. Тот же в ответ лишь взбрыкивал ногой, не отрывая взгляда от далекой деревенской площади.

– Да-а. Здесь сегодня определенно что-то происходит, - невольно залюбовалась я таким зрелищем.

– Доброго дня, хозяин!
– выждав паузу, привлек к нам внимание Борамир.

Мужчина бросил в нашу сторону отстраненный взгляд, а потом, все ж опомнился и, тягостно вздохнув, спрыгнул-таки, со своего наблюдательного пункта:

– И вам всего наилучшего, гости дорогие. Меня Шимон зовут. Милости прошу, - и поспешно распахнул двустворчатые расписные двери, - А ты куда, Ерошка? Марш обратно и следи мне!
– цыкнул на рванувшую за нами следом собачонку.