«До чего же мы, шотландцы, любим пихать виски во все съестное. Интересно, есть ли в мире другие страны, где так же любят спиртное? Может быть, русские. Точно, для них водка – святая вода. Они ее и пьют, и едят».

Сверху донесся смех. Дэниел поднял голову и посмотрел в сторону коридора. Затем поднял лапу, высунул когти и вонзил их в край торта. Отколов кусочек от торта, Дэниел стащил его с блюдца и откатил в сторону. Сырный торт. Когда-то он любил его, даже несмотря на алкоголь, который никогда не любил. Дэниел вспомнил, как несколько лет назад выпил стакан виски. Утро следующего дня он никогда не забудет. С тех пор он и алкоголь больше не друзья, разве что пиво, да и то в небольших количествах. Второго такого похмелья, которое Дэниел уже пережил однажды, пережить снова ему вряд ли удастся.

«И все же вкусно, – подумал Дэниел, доедая кусочек торта. – Даже с виски внутри».

Дэниел отколол еще кусочек творожного торта, затем еще и еще. Насытившись, Дэниел направился на другой конец стола, по пути на миг задержался у вазы со свежими розами, потянул носом, чихнул, двинулся дальше и улегся на краю стола.

На лестнице послышалось шебуршание босых ног, и спустя минуту на кухню вошла Джессика. Положив мобильник на стол, она села на табурет и вернулась к прерванному звонком занятию. Дэниел заметил, что Джессика успела переодеться. Вместо полотенца на ней были желтая футболка и короткая джинсовая юбка.

– Мью, ты чего залез на стол? – спросила Джессика, увидев на столе кота. – Проголодался? Подожди минутку, сейчас доем и гляну, что для тебя есть в холодильнике.

Джессика доела торт, запила соком и поднялась из-за стола. Бросив грязную посуду в мойку, она подошла к холодильнику и распахнула дверцу.

– Мью, тебе повезло. Здесь есть кое-что для тебя. Странное дело, раньше ты любил корм, сейчас нос воротишь. Надоел, наверное. Я бы тоже на корме долго не протянула, – Джессика хихикнула и достала из холодильника тарелочку с кусочками нарезанного бекона и сыра.

– Вот от этого ты точно не откажешься, – сказала девушка, ставя тарелку на стол. – Так и быть, пока дома никого, я разрешу тебе есть на столе, только будешь есть со своей тарелочки.

Джессика подняла с пола пустое кошачье блюдце и поставила перед Дэниелем.

– Думаю, с тебя хватит, – сказала девушка, переложив на блюдце несколько кусочков бекона и сыра. – А нет, тогда попросишь. Раньше, когда чувствовал голод, ты очень хорошо умел просить, – Джессика улыбнулась, погладила кота по голове и вернула тарелку в холодильник. После чего налила себе стакан апельсинового сока и вышла на террасу, увитую виноградной лозой и обставленную цветочными вазонами. Опустившись в плетеное кресло, Джессика забросила ноги на маленький столик и принялась гулять взглядом по окрестностям.

Дэниел поднялся и приблизился к блюдцу. Бекон он любил, да и сыром никогда не брезговал. Легкое головокружение заставило его остановиться. Дэниел закрыл глаза, снова открыл их, даже тряхнул головой, но головокружение не пропало, наоборот, усилилось, и как будто земля, вернее крышка стола, начала двигаться.

«Чертов виски, – догадался Дэниел в чем дело. – Ударил в голову. Вот почему среди котов нет алкоголиков. Коты быстро пьянеют, даже от грамма алкоголя. О, черт. Теперь я стал пьяным котом. Осталось выйти к Джесси на террасу и начать орать песни. Нет, надо поесть, может, отпустит, а нет, тогда можно и песни петь или… – Дэниел зевнул, – …спать лечь. А может, за какой кошечкой приударить? Персидской или британской, короткошерстной. У них такие мордочки прикольные, – Дэниел снова зевнул. – Чертов виски. Уже мысли как у настоящего кота. Чтоб тебя. Надо поспать. Протрезветь, – Дэниел дернул головой, пытаясь стряхнуть туман с глаз. – К черту кошек. Меня интересует только одна кошка, Джесси. А может, меня это так чувство по голове шибануло? Аж стол шатается. И чего бы это я шатался, стой себе спокойненько. Разве не видишь, что людей штормит? Стол, если ты не остановишься, я упаду и раздавлю тебя. Сам будешь виноват… Эй, принцесса, ты где? – Дэниел повернул голову в одну сторону, затем в другую. – Я на корабле? Ну и черт с ним. Что это перед глазами?» – Дэниел склонился над блюдцем и схватил зубами кусочек бекона. В тот же миг лапы Дэниела подломились, и он растянулся на столе. Зубы его по-прежнему сжимали кусок бекона, но глаза были закрыты. Спустя мгновение кошачье тело обмякло. Дэниел уснул.

Проспал Дэниел недолго. Звук автомобильного гудка заставил его покинуть страну сновидений. Дэниел поднял голову и прислушался. Сознание было будто чужое. Туман в голове как будто рассеялся, но головокружение осталось.

– Привет, Энтони! – услышал Дэниел крик Джессики. – Подожди немного. Я сейчас спущусь и открою тебе.

«Так вот кто мне мешает спать», – подумал Дэниел. Только сейчас он заметил, что во рту у него застрял кусок бекона. Оставив в покое бекон, Дэниел устремил взгляд на террасу.

В кухне появилась Джессика. Бросив на кота мимолетний взгляд, со словами: «У нас гости», она выбежала из кухни.

«Плевать мне на таких гостей, – Дэниел почувствовал укол ревности, вспомнив, кем приходится Энтони Джессике. – Сто лет не видеть таких гостей».

Дэниел двинулся по столешнице к табурету. Прыгать со стола он побоялся. Как бы в таком состоянии вместо лап не приземлиться на морду. Дэниел спрыгнул на табурет, затем на пол. Несмотря на волнение перед глазами он выглядел молодцом, двигался прямо, хоть и с небольшим заносом вправо, будто сопротивлялся сильным порывам ветра.

Дэниел пересек кухню, выбрался в коридор и двинул в прихожую. На полпути остановился и устремил взгляд на входную дверь.

Через несколько минут дверь открылась, и на пороге возникла Джессика. За девушкой двигался Энтони. В руках Джессика держала огромный букет и плюшевого медвеженка с сердечком в лапах. Энтони также был не с пустыми руками. В его руках Дэниел заметил продуктовый пакет.

– Ты сама? – поинтересовался Энтони.

– Как минимум до обеда, – Джессика закрыла за Энтони входную дверь и кивнула в сторону. – Идем в гостиную.