Замираю как статуя, понимая, что любое моё движение может его спровоцировать. Он же, наверное, только и думает, в кого бы пальнуть. В его положении каждый встречный – враг.

Вот как оно бывает. Где-то за спиной стоит человек, готовый разрядить в меня автомат, а я почему-то вспомнил про чайник, который поставил на плиту и совсем про него забыл. Жена всегда пользуется чайником со свистком, а я терпеть его не могу. Поэтому, как только она уезжает, у меня начинается жизнь без этого дебильного свистуна. В её отсутствие я пользуюсь своим огромным армейским чайником, из которого даже если вся вода выкипит, он и звука не издаст.

Наконец, вспоминаю, что чайник я только собирался поставить, когда меня отвлекла Галя. И тут до меня медленно доходит смысл слов, произнесённых невидимым гостем.

Пытаюсь сообразить, что ему ответить, как он снова спрашивает:

– К ментам поведёте, или, всё же, дадите уйти?

Голос спокойный, как у человека, который никого не убивал. Такие интонации могут быть в голосе у хозяина, спрашивающего гостя: «Вам с сахаром или без?»

Почему он не стреляет, гад? Я бы на его месте…

Хотя, если в такой тишине жахнуть из калаша, все его преследователи через две секунды здесь будут.

А может, и не будет слышно?.. Дом-то деревянный, все звуки глушит.

А может, он, действительно, хочет уйти?

Господи, сколько всего можно за какую-то секунду подумать!

Наконец, начинаю догадываться, где он находится. Похоже, он стоит прямо за моей спиной, на лестнице, ведущей на второй этаж. Вот почему мне показалось, что голос раздаётся откуда-то сверху.

Зная теперь, откуда исходит опасность, осторожно оборачиваюсь.

Конечно, там, на лестнице, немного темновато, но я всё равно первым делом отметил для себя, что никакого оружия у парня нет. По крайней мере, в руках нет.

Оружия у него нет, но от этого он не становится для меня менее опасным, особенно, если учесть, что моя-то палка только похожа на ружьё. Выходит, я безоружен!

Нет, такие мысли даже допускать нельзя! Преступник может понять, что раз я не предпринимаю никаких действий, значит, что-то не так, и начнёт действовать сам. А преступники совершают только преступные действия. Это известно всем.

«А ведь действительно, – подумал я, – передо мной стоит преступник! Не какой-то промелькнувший в телевизионных новостях задержанный подозреваемый! И не актёр, вжившийся в роль так, что, увидев его в другом фильме, мы говорим: «А, это тот парень, который убил, кого-то там!» Нет! Передо мной сейчас самый настоящий преступник! Убийца, если верить тому, что рассказала Галя».

Что делают в таких случаях? Что надо делать в таком случае? Тот ли это случай, когда надо что-то предпринимать? Может, в моём случае самым лучшим будет – вообще ничего не предпринимать? Просто дать ему уйти. Ну, не арестовывать же мне его! Я же не представитель власти, в конце концов! И геройствовать я не собираюсь… Мне совсем ни к чему, чтобы потом в теленовостях про мои подвиги рассказывали.

Господи, какая чушь лезет мне в голову! А гражданский долг!? Вдруг, если я его отпущу, он ещё кого-нибудь укокошит?! А потом, когда соседка мне расскажет, что солдат, которого так и не поймали в посёлке, расстрелял милиционеров, которые пытались его задержать где-нибудь на шоссе, когда он хотел скрыться на угнанной машине, что я буду чувствовать?!

Что помог преступнику оставить сиротами четверых или пятерых детей, чьи отцы погибли при исполнении служебных обязанностей?!

Нет! С этим жить сможет только тот, кто морально к этому готов с детства. Кто воспитан в духе – моя хата с краю. Кто может, спасая свою шкуру, подставить кого угодно. Нет, я с этим жить не смогу!

Боже мой, какой ещё к чёрту гражданский долг!? Парень мне даже не угрожает! Может, заклевали бедного солдатика злые «деды», он их и порешил. Так что, мне теперь ещё сдать его властям?! У него и так вся жизнь теперь наперекосяк, а тут ещё я – законопослушный гражданин! Да с его точки зрения, я тогда такой же козёл, как и те, кто над ним издевался.

А с другой стороны, почему меня должна интересовать точка зрения человека, который прячется в моём доме от милиции? Мне что, теперь ещё учитывать мнения всяких уголовников, чьими действиями руководит дурная наследственность, пьяные дружки и просто ненависть к людям, живущим не так, как всякая шантрапа!?

Шквал мыслей обрушился на мою голову, не готовую к принятию решений в таких ситуациях. Ещё не хватало, чтобы он заметил, что у меня возникли проблемы! Нет, этот наглый тип должен видеть перед собой человека, уверенного в своих действиях, а не размазню. Так что….

Что?

Нельзя чтобы пауза так затягивалась. Раз я не знаю что делать, значит, надо что-то говорить. Не зная, с чего начинают разговор в такой ситуации, я решил, что самым лучшим будет ответить на его вопрос. Пусть даже мне не удастся усыпить бдительность вторгшегося в мой дом преступника, но хоть немного успокоить его и себя в этой ситуации – это сейчас единственное, что я могу предпринять. По крайней мере, мне всегда казалось, что разрядить напряжённую обстановку всегда легче, когда ответов больше, чем вопросов.