«Не нужно никакой силы — только приказ, — предлагал внутренний голос. — Ахмету Крылову достаточно тонкого намека — он все поймет».

«Но я уже отдал приказ коменданту крепости. Если я попытаюсь с ней встретиться, комендант лично застрелит Линду», — возразил Джон.

«Ты не знаешь эту ведьму, Джон. Она проведет дурака коменданта и тебя погубит».

Внезапно Джон осознал, что внутри него идет диалог — беседа двух отдельных личностей.

«Неужели я схожу с ума?» — ужаснулся император. Ложка выпала из его руки, и соус брызнул на новый мундир. Римас тут же подскочил с салфеткой и удалил соус так, что от него осталось еле заметное пятно.

— Спасибо, Римас, — кивнул император и поднялся из-за стола. — Сидите-сидите, господа, — попытался император удержать своих министров, но они все равно встали, не смея сидеть в присутствии императора.

— Я уже сыт и пойду к себе, — пояснил Джон.

— Но, Ваше Величество, вы почти ничего не съели, — простонал Римас, указывая на тарелку Джона. — К тому же должны подать еще четыре блюда.

— Нет-нет, я пойду.

— Тогда мы подадим что-нибудь к вам в покои, — настаивал Римас, привыкший опекать императора с самого детства.

— Ну хорошо. Что ты подашь?

— Паштет, мороженое с орехами, фрукты, потом… — перечислял старый слуга.

— Все, хватит и этого. До вечера, господа, — попрощался Джон с министрами и, повернувшись, покинул зал.

Роман Дукакис шел по коридору и время от времени отвечал на приветствия сотрудников МИА. Полковник только что возвратился из секретариата Лиги Порядка, где его заслуги перед Протекторатом были поставлены под сомнение и все, что делалось для решения вопроса с «Аик-Металл», секретарь Лиги Порядка Маргарет Каллай назвала ерундой.

«Старая крыса…» — обругал Дукакис мадам Каллай.

Возле кабинета его уже ожидал Джек Соринен.

— Привет, шеф!

— Ничего хорошего, — вместо ответа пробурчал полковник и, сердито толкнув дверь, прошел в свой кабинет.

— Слишком много пустого пространства, сэр. — неожиданно сказал Соринен.

— Что? — не понял Дукакис, вешая на крючок свой плащ.

— Я говорю, сэр, что у вас слишком большой кабинет. Казенное помещение не должно быть таким большим. Иначе оно начинает напоминать сарай.

Полковник ничего не ответил.

— Вот здесь можно поставить перегородку и устроить второе помещение, — продолжал Соринен.

— Зачем мне второе помещение?

— В нем можно сделать приемную и посадить секретаршу. Красивую длинноногую девушку.

— Для длинноногой я уже слишком стар, — угрюмо отозвался Дукакис, садясь в свое кресло.

— Не беда. Тогда я буду навешать вас чаше.

— Ну так заведи секретаршу себе

— Я и рад бы, сэр, да штатное расписание не позволяет, — развел руками Соринен.

— А раз не позволяет, то заткнись, садись на стул и давай думать, как быстрее закрутить дело. В Лиге Порядка мне дали понять, что я никому не нужный старый дурак.

— Они не правы, сэр.

— Спасибо на добром слове, Джек, но надо что-то думать. Как твои дела с «союзниками»?

— Плохо. Двух моих людей убрали прямо на озере.

— Понятно, — устало кивнул Дукакис. — А что с Промышленным Союзом?

— Они боятся Нового Востока до дрожи в коленках и согласны вмешаться только на стороне Лиги Порядка. От имени, так сказать, закона и Метрополии.

— Резонно. А что еще?

— Не понял.

— Ну ты не стал бы передо мной так нагло кривляться и нести чушь про перегородку и секретаршу, если бы не припас хорошей новости.

— Вы очень проницательны, шеф, — сдержанно улыбнулся Соринен и без разрешения достал из гостевой коробки сигарету. — Нам удалось выйти на агентурную сеть Ордена Масе. — Здесь майор Соринен снова сделал паузу, будто бы для того, чтобы стряхнуть пепел, — У них есть человек, который находится в непосредственной близости от императора Джона

Полковник молчал, внимательно слушая Соринена.

— Мало того, — продолжал тот, — этот человек оказывает на императора большое влияние и послан его ликвидировать.

— Это хорошая новость, Джек, но насколько можно доверять этой информации?

— Трудно сказать что-то определенное, сэр, но я склонен верить этим людям.

— Так-так, — Дукакис достал из коробки сигарету, но вспомнив, что давно бросил курить, понюхал душистый табак и вернул сигарету на место. — Так-так-так… Насколько я понял, Джек, этому событию ты отводишь место в самом начале спектакля?