— Они уже близко, сэр! Наши стрелки могут открыть по ним огонь! — крикнул в эфир Саймак.

— Ни в коем случае, — оборвал его Клаус, — пусть прячутся до поры до времени. У Марсалесов слишком большое преимущество. Пули яростно били по корпусу базы, и Ландер укрылся рядом со стрелками. Лейн даже предложил ему винтовку, но Клаус отказался, сказав, что позже возьмет освободившуюся.

Кажется, Лейн его так и не понял, но Клаус и не собирался ничего объяснять. Выглянув из укрытия в очередной раз, он заметил, что противник пошел на приступ.

— Капитан Саймак! — позвал Ландер.

— Я на месте! — отозвался капитан, и его голос звучал неузнаваемо.

— Что у вас случилось?

— Первые потери. Нас успели обстрелять, когда мы отходили. Один убитый и двое раненых. Один из них — я…

— Капитан, собирайтесь с Элтоном возле носа базы! Появитесь по команде, и тогда пусть ваши стрелки бьют по противнику!

— А может, лучше с обеих сторон?! Возьмем их в клещи! — предложил Саймак.

— Нет, вы перестреляете друг друга. К тому же вам помешает червь. Все, выполняйте.

Отключив связь, Клаус отполз на середину палубы, где ему уже не угрожали пули, и встал в полный рост.

Под бортом базы уже слышалась возня и команды.

Противник готовился к абордажу.

— Внимание, взвод! Противник под бортом! Приготовиться к отражению атаки! — громким командным голосом объявил Клаус.

По корпусу базы лязгнули крюки трапов, и Ландер отдал приказ:

— Огонь!

Стрелки поднялись над бортом и открыли стрельбу по находящемуся под ними противнику. Наличие на базе двадцати стволов оказалось для врага полной неожиданностью, и поначалу были слышны только выстрелы винтовок и крики раненых — там, внизу. Однако, придя в себя, противник стал отвечать, и скоро первый стрелок, схватившись за лицо, упал на спину, а его оружие отлетело к ногам Клауса.

— Ну вот и свободная винтовочка, — сказал он и, подняв ее с палубы, проверил магазин.

То, как маневрировали корабли компании, Паскуале совершенно не нравилось. «Охотники» не бросились наутек, завидев конвой Марсалесов, а продолжали стоять возле базы.

Позже они как по команде снялись с места и, обойдя базу со стороны носа, скрылись за ее корпусом.

Это не было похоже на бегство, и Паскуале впервые почувствовал себя неуверенно. К тому же если бы суда «Лос-Флоридос» собирались убегать, они сделали бы это раньше, ведь их самолет-разведчик постоянно летал над «Хулио Вторым» и уж конечно сообщил о приближении конвоя.

— Думаешь, они собрались защищаться? — спросил Паскуале у капитана Пенграсса.

— Не знаю, молодой хозяин, — ответил капитан, — но они наверняка что-то задумали.

— Задумали?.. Ничего, сейчас посмотрим, что они задумали. Передавай всем — пусть выстраиваются в линию, а я пойду к пулемету, — распорядился Паскуале и вышел на палубу.

Скучающей походкой он приблизился к пулемету и, передернув затвор, стал целиться в базу.

«Хулио Второй» двигался довольно ровно, и условия для стрельбы были просто идеальные. Чтобы взбодриться, придать себе решимости, а заодно и попугать противника, Паскуале дал короткую очередь, стараясь, чтобы пули прошли над базой.

На звуки стрельбы выскочили двое помощников Паскуале. Один притащил ящик для пустых гильз, другой — патронные короба с лентами.

— Будем их крушить, дон Паскуале? — спросил Тренвисто, который из подхалимства называл Паскуале «доном».

— Я еще не решил, — с видом бывалого ветерана ответил тот.

— Красиво идем, дон Паскуале, — улыбаясь, сказал Тренвисто, указывая на выстроившиеся по обе стороны суда.

— Обычное дело, — снисходительно отозвался тот.

Неожиданно из-за базы показались прятавшиеся там «охотники». Высунувшись, они выстрелили из гарпунных пушек, и поначалу Паскуале хотел даже посмеяться, однако спустя несколько мгновений тяжелые гарпуны разорвались, ударившись о его корабли.

Было видно, как матросы атакованных судов кричат и размахивают руками. На «Гильермо» кого-то вынесли из рубки, а на «Кристобале» стали поливать друг друга водой из шланга.

Паскуале вертел головой, глядя то в одну, то в другую сторону. Такой коварный и неожиданный ход противника выбил его из колеи.

Тем временем на «Гильермо» поставили нового рулевого, и судно стало возвращаться на курс, а с «Кристобаля» открыли огонь по базе. На «Гильермо» тоже начали стрелять, хотя было видно, что и те и другие палили куда угодно, только не в противника. Парализатор продолжал щипать стрелкам глаза, и они вели огонь, только чтобы показать, что они еще живы.

— Стреляйте и вы, дон Паскуале! Стреляйте! — закричал Тренвисто, и Паскуале тотчас схватился за гашетки. Пулемет зашелся злобным лаем, и тяжелые пули застучали по толстым бокам базы. Однако особого вреда большому судну эта стрельба не наносила, и Паскуале перевел огонь на палубные надстройки.

Полетели осколки стекла, куски радарных антенн и обшивки. Вид этого разрушения придал Паскуале решимости. Тренвисто закричал ему в ухо «ура», и Паскуале вспомнил, что стреляет он как бы по приказу этого подхалима. Ведь это он заорал «стреляйте, дон Паскуале».