До этого он в разговоре не участвовал, сидел тихо.

— Глядите, он говорящий! — воскликнул Алекс и заржал.

— Заткнись, — сказал Тяжелый Танцор. — Давайте выпьем.

Выпили.

— Джон как-то рассказывал, что в древнюю эпоху был такой обычай, когда вино пили… — начал рассказывать Длинный Шест, понял, что его никто не слушает, смутился и умолк.

— Ну что, леди, довыпендривалась? — спросил Тяжелый Танцор. — Нос цел? Алекс, посмотри, пожалуйста.

— Да чего тут смотреть? — отозвался Алекс. — И так вижу, что цел. Покровит еще пару дней и пройдет. Сморкайся осторожнее. Осторожнее!

Последнее предупреждение запоздало. Алиса высморкалась в салфетку, из носа потекли две кровяные струйки, закапали на скатерть и на платье.

— Надо снять скорее и солью присыпать! — воскликнула Бродячка.

Выбралась из-за стола, попыталась раздеть Алису, но запуталась в застежках платья. Алиса неожиданно сунула обе руки в тарелку с салатом, уронила голову на руки и зарыдала.

— Платье можно уже не снимать, — констатировал Алекс, вытирая салфеткой с рукава брызнувший салатный сок. — Безнадежно испорчено.

Бродячка вернулась на свое место.

— И чего Джон так с ней нянчится? — риторически вопросил Водяной Зверь. — Длинный Шест, может, ты объяснишь? Ты их, вроде, давно знаешь.

— Он ей жизнь спас два раза, — объяснил Длинный Шест.

— А, тогда понятно, — сказал Водяной Зверь.

— Она что, уснула, что ли? — поинтересовался Тяжелый Танцор.

— Похоже на то, — сказал Алекс.

Вытащил палочку из мясного рулета, потыкал Алису в шею.

— Готова, — констатировал Алекс.

— Надо ее в квартиру доставить, — заметил Водяной Зверь.

— В которую? — уточнил Тяжелый Танцор. — Там разве ремонт закончился?

— Ах да, — вспомнил Водяной Зверь. — А куда тогда ее девать? Может, на сексодром оттащить? Положить в уголок, подушками прикрыть, чтобы не лезли…

— На сексодроме сам будешь ее охранять, — заявил Тяжелый Танцор. — Пусть спит. Пусть Джон сам решает, что с ней делать, это его проблема, не наша.

— Это ты Заку будешь объяснять, — сказал Водяной Зверь.

— Надо будет — объясню, — сказал Тяжелый Танцор.

— Бедная девочка, — подала голос Бродячка. — Так жалко…

— Ее не жалеть надо, а воспитывать, — заявил Звонкий Диск. — Джона надо жалеть. Как она ему нервы мотает… Вот, помнится, когда мы только-только в столицу приехали…

— Понаехали, — вставил Алекс.

— … она на базар пошла без балахона, — продолжил Звонкий Диск.

— О, расскажи эту историю! — воскликнул Алекс. — Длинный Шест, правда, ты тогда самому Марволо дрыном в лоб засветил?

— Не помню, — ответил Длинный Шест.

— Неправда, — ответил Звонкий Диск. — Не самому Марволо, а какому-то копу с рынка. Но бросок вышел знатный, на трезвую голову так не получится. С таким закрутом…

— Джон идет, — сказал Длинный Шест.

За столом наступила тишина.

Джон Росс вошел в столовую, он заметно пошатывался, сразу видно, что укурен. Увидел валяющуюся туфлю, улыбнулся и воскликнул радостно:

— О, вот она, вторая!

Подошел к столу, осмотрел Алису, потыкал пальцем, осмотрел палец и брезгливо вытер о салфетку. Алиса зашевелилась и что-то промычала из салата.

— Бедненькая, — сказал Джон.

Взял стул у соседнего стола, придвинул, сел рядом.

— Длинный Шест, будь другом, — сказал он. — Найди, пожалуйста, каких-нибудь чурок чистокровных, пусть ее оттащат куда-нибудь.

— А куда тащить-то? — спросил Тяжелый Танцор. — У вас в квартире ремонт, а на старую… Пешком она не дойдет, а повозки все заняты, высокородных гостей развозят. Разве что к седлу привязать…

— Не пойдет, — покачал головой Джон. — Заблюет либо орать начнет… Ладно, бесы с ней, пусть так дрыхнет. Как проспится, поедем.

— Вам лучше здесь ночевать, по-моему, — посоветовал Звонкий Диск. — До утра она точно не проспится.

— Да, пожалуй, — согласился Джон после некоторого колебания. — Тогда так и поступим. Длинный Шест, утром, как проснешься, найди меня, у меня к тебе важное дело есть.

— Может, сейчас обсудим? — предложил Длинный Шест.