— Черт, сэр, мне все равно не терпится убраться отсюда… — сказал Гордон. А Малкович промолчал — он вообще предпочитал молчать

Еще одна непоправимая ошибка. Горы сильно искажают звук. Бойцы Дельты умеют не только услышать вертолет, прежде чем он увидит их — но и примерно опре6делить его тип. Но тут Зуковский то ли из-за усталости то ли из-за неопытности, то ли из-за искажения звука горами — не услышал того, что вертолетов было два. Мог бы услышать Шрейвер — но он был полностью занят тем, чем был занят — сворачиванием лежки.

— Ветка! — показал он Гордону

— Черт, сэр… она сломана

— Тогда сломай ее совсем. Она же на виду.

И тут Зуковский крикнул

— Контакт на три! Русские!

Вертолеты шли по ущелью… точнее даже не по ущелью, а параллельно горному склону, один за другим. Афганцы подыскивали подходящую площадку — выполнять сложные посадки как советские вертолетчики они не умели, им нужна была ровная площадка. А американцы — высадились на этой площадке, потому что они не знали местность и не могли рисковать с площадкой хуже.

— Левее! Вон там — подсказывал второй пилот

Эту площадку они знали — тут неподалеку была застава, сейчас она была разбомблена, ее не успели восстановить. Не раз и не два отсюда забирали контрабанду, в том числе наркотики. Еще отсюда забирали вождей племен на Лойю Джиргу в восемьдесят шестом.

— Вижу… афганский пилот начал снижать скорость, задирая нос вертолета… и вдруг спросил — а это там кто?!

В карьере Шрейвера была еще Лам Сон 719, операция по перехвату тропы Хо Ши Мина в Лаосе, где они впервые столкнулись с вьетконговскими танками и вертолетами. Он моментально понял — замаскироваться они уже не успеют.

А если некуда отступать — иди вперед.

— К бою!

Они бросились по огневым позициям — заняв оборону здесь, они первым делом проговорили — кто и что делает в различных критических ситуациях. Атака вертолетами русских — тоже была предусмотрена…

Гордон начал высвобождать из мешка длинную трубу ПЗРК Стингер и делал это зря — слишком близко. Зуковский ударил по вертолетам из своего пулемета… и тоже напрасно, хотя его и застали на ровном месте.

Правильно поступили Шрейвер и Малкович. Шрейвер — обхватив тяжеленную винтовку, бросился вверх, он облюбовал там место — отличная огневая позиция. Малкович — побежал вниз и вправо — рискуя, но таким образом он мог видеть и обстреливать оба вертолета…

Поднимающийся нос вертолета почти скрыл небольшую фигурку в форме советской армии — и в этот момент — по вертолету градом забарабанили пули. К счастью — по кабине, которую частично укрепили русские.

— О, Аллах!

Афганский пилот, моментально забыв все, чему его учили, попытался начать набор высоты… и вертолет начал проваливаться еще ниже, осыпаемый пулями.

Цель была лакомой — кабина вертолета всего в трех сотнях ярдов. Из-за этого — майор даже не пытался выцелить хвост…

Первая же пуля попала в цель, вывалив кусок блистера со стороны пилота. Вертолет дрогнул, но пока еще держался. Он прицелился туда, где по его расчетам должен был быть второй пилот — и в этот момент из одного из иллюминаторов советского вертолета ударила автоматная очередь на весь магазин. Попасть так было почти невозможно — но неизвестному советскому стрелку едва не улыбнулась удача. Град советских пуль окатил самую вершину горы — и одна из пуль отрикошетила от камня рядом с головой американского снайпера. Тот от неожиданности не выстрелил и даже подумал, что ранен в лицо…

Афганский пилот хотя бы на время — но спас и советского генерала и советских сопровождающих от гибели. Если бы он попытался уйти — его сбили бы либо сосредоточенным огнем по хвостовому ротору, либо, отойди он на значительное расстояние — Стингером. А так… вертолет потерял скорость и подъемную силу в результате неправильного маневра. И примерно метров с двадцати совершил жесткую посадку (читай — почти рухнул) на каменный склон…

Вот только сам афганский пилот — этого не знал. Потому что шквальный огонь по пилотской кабины да с небольшого, идеального дли Миними расстоянии дал о себе знать — одна из пуль нащупала брешь в кустарном бронировании и попала в него, вышибив мозги.

Второму вертолету повезло меньше…

Он попал под обстрел высокоточной винтовки калибра 12,7, не имея достаточной скорости и достаточного пространства для маневра. Первым же выстрелом убило пилота и повредило оборудование в пилотской кабине. Второй пилот сделал все что мог — скорость у вертолета все еще была, он не так сильно снизился как первый какой то запас по высоте у него был. Повинуясь командам второго пилота, он пошел вперед, осыпаемый градом пуль — пулеметных и из короткоствольного автомата, который был у Малковича. Точку поставил еще один выстрел Барретта. Точнее два. Первый прошел ниже и угодил в салон вертолета — а вот второй ударил точно по хвостовому ротору вертолета. Американцы увидели искры, дым — и вертолет стало разворачивать…