Астуриас ткнул его локтем под ребра, заставив подавиться горестным стоном.

— Тише! Услышат!

Это был полный провал. Катастрофа. Конец всему.

Позади всех — наверное, чтобы не пугать лошадей — скакал принц-бастард Элмар на своем каппийском чудовище. Совершенно живой и целый, весьма красноречиво потрясающий на ходу боевым топором.

— Ты тоже видел? — обессиленно прошептал Саня. — Эти идиоты все-таки упустили Элмара…

— Это же не Элмар, — почти беззвучно прохрипел Астуриас.

— Как — не Элмар? А кто?

— Ваш рыжий агент. Боги, с какими бездарями я связался… Эти люди не способны уследить даже за скованным, наполовину парализованным и напичканным наркотой человеком! Вчетвером! За одним! Теперь ты понял, что случилось со связью?

Саня судорожно рванул из кармана коммуникатор.

— Ты в Лондру и Голдиану, я в Поморье и Галлант!

Вдалеке послышались первые крики — это встретились на марше два подкрепления…

Первые лучи солнца показались из-за дальних крыш почти в тот самый миг, когда все закончилось, — как будто солнце, напуганное шумом битвы, опасалось высунуться из укрытия, пока не стихнет это опасное безобразие.

Кира огляделась по сторонам, словно желая убедиться, что бой действительно окончен и нигде не притаился недобитый враг. Нет, вокруг были только свои — воинственно горланят гномы, с грохотом обнимаются паладины, вылезают из укрытий стрелки, мнутся запоздавшие со своей подмогой солдаты городского гарнизона… Да, бой все-таки закончился, и победа несомненна. Теперь начинается самое тошное, но неизбежное. Увы, такова доля победителя — именно ему приходится разгребать весь бардак после битвы.

Слегка пошатываясь от усталости, Кира вытерла меч о ближайшую рваную занавеску и вложила в ножны. Окликнула адъютанта — просто в пространство, не имея понятия, где он.

— Убит, — тут же отозвался кто-то из дальнего конца коридора.

— Кантор? — снова окликнула королева.

— Чего? — мрачно откликнулся мистралиец. Он стоял почти рядом, за ее плечом, рассматривая разбитый приклад, словно прикидывал: стоит ли счищать с него чьи-то мозги или проще сразу выкинуть.

— Временно побудешь моим адъютантом.

— Я иду спать, — так же угрюмо ответил Кантор, откровенно давая понять, что на приказы ее величества чихать хотел, у него свои, более важные дела.

— Не будь идиотом, — устало огрызнулась Кира. — Кого ты хочешь там застать в это время? Думаешь, они все нарочно легли спать с утра пораньше, чтобы только с тобой увидеться? К тому же сейчас никто спать не пойдет, пока все это не разгребем. Найди мне Орри, Шаббо, Альбри и… — Она задумалась, поскольку заковыристая многосложная фамилия командира пушкарей вылетела из головы, а вспомнить было необходимо, иначе какой она тогда военачальник?

— Ты бы Терезу лучше поискала, — проворчал Кантор.

— А что с ней? — встрепенулась Кира, ужаснувшись при мысли, что объясняться придется, хоть и не по поводу Элмара.

— Да с ней ничего, у тебя кровь из-под кирасы подтекает.

Королева вспомнила, что в горячке боя действительно что-то такое царапнуло бок, но тогда внимания не обратила…

— Вряд ли там что-то серьезное, — отмахнулась она, но непочтительный мистралиец вдруг ни с того ни с сего взорвался:

— Твой муж, помнится, тоже вот так же здоровым прикидывался и чуть кровью не истек, к хренам! У меня нет под рукой Элмара, чтобы и тебя силком раздеть, давай сама. А я за Терезой сбегаю.

— Подожди… — Кира раздраженно начала расстегивать кирасу. Замечание было справедливым, но дергать Терезу из-за ерунды не хотелось, раненых и без того навалом, и много тяжелых… — Сначала я посмотрю, нужен ли тут врач. А ты пока все же найди мне Альбри и этого гнома… — Она со вздохом сдалась и добавила: — И напомни, как его зовут. Орри я уже вижу, а Шаббо сам идет сюда.

Второй паладин, опустившись на одно колено, снимал шлем с поверженного товарища. Выглядел он совершенно потерянным.

Кантор перехватил ее взгляд и пояснил:

— Лаврис убит.

— Проклятье! — с искренним сожалением выругалась Кира. Лавриса она не любила, но все равно жаль. — Подойду к ним. Вот ведь несчастье…

Кирасу она стащила уже на ходу и не обнаружила под ней такого, ради чего стоило бы отрывать от дела целителей. Пуля скользнула по ребрам, не задев ничего важного и лишь слегка порвав мышцы. Обработать, перевязать, и в строй.

Граф Орри, склонившийся над бездыханным другом, заметил ее не сразу. Бледное, без кровинки лицо кавалера Лавриса было чистым и умиротворенным, со стороны могло показаться, что он безмятежно спит, если бы не нижняя часть тела, придавленная обвалившимся лестничным пролетом.