И последнее, остаешься ты... особый; удивительный мужчина. За столь короткое время ты открыл в моей душе такие стороны, о которых я даже не подозревала. За это и за многое другое я в долгу перед тобой. Я обязана тебе жизнью, в которой никуда не нужно бежать, постоянно оглядываясь через плечо. Я обязана тебе шансом исполнить мечты, ради которых ты столько работал и столько терпел. Если бы обстоятельства оказались немного другими, дорогой и милый Дэвид... немного другими, я бы рискнула пойти на это. Полетела бы в любое место, куда бы мы ни решили лететь. Я искренне верю, что ты стоишь того, чтобы этим можно было рискнуть.

Но обстоятельства не могут быть иными. Они именно таковы. Обо мне не беспокойся. После встречи с доктором Армстронг я иду сразу к Докерти. Береги себя.

Пожалуйста, пойми, будь сильным и, самое главное, прости меня за то, что я заставила тебя так страдать.

С любовью, Кристина.

P. S. Ключ от джипа в конце поворота на Роки-пойнт. Он в конверте, таком же, как этот.

Джип... Дэвид невольно улыбнулся. Даже если бы они стартовали одновременно, джип через несколько ярдов отстал бы от ее "мустанга". Она очень хотела, чтобы он ее не разубедил. Ладно... но и его трудно переубедить. Он не может изменить ситуацию, тогда он просто изменит свои планы. Что бы с ней ни случилось, он будет находиться с ней рядом до тех пор, пока она будет хотеть этого.

Дэвид оделся, проигрывая в голове ситуации, с которыми им, возможно придется столкнуться в ближайшие дни и недели. Он заметил толстый свитер, в котором приехал в Роки-пойнт. Кристина, аккуратно свернув его, положила на стул у комода. Дэвид усмехнулся. Есть смысл вернуть его в гардероб Джоя на тот случай, если кого-то еще загонят в реку. Он взял свитер, и из него выпал тяжелый револьвер Розетти. Дэвид совершенно забыл о нем. Он поднял оружие с чувством отвращения, испытываемого всегда в таких случаях. Он попытался вспомнить, когда, по словам Кристины, должен звонить Джой. Прошлым вечером? Этим утром? Немного подумав, он подошел к телефону. Городской номер Розетти был отпечатан на карточке, прикрепленной к аппарату.

Судя по голосу, женщина, ответившая на звонок, была старше Терри.

– Алло, это квартира Розетти? – спросил он.

– Да. Чем я могу вам помочь?

– Нельзя ли... поговорить с мистером или миссис Розетти? – На другом конце провода воцарилось молчание, потом тот же голос спросил ледяным тоном. – Пожалуйста, скажите, с кем я говорю?

– Это Дэвид Шелтон, – сказал Дэвид, нервно переступая с ноги на ногу. – Я друг Джоя и Терри, и я остановился...

– Я знаю, кто вы, доктор Шелтон, – равнодушно продолжала женщина. Последовала новая пауза. Почему-то у Дэвида засосало под ложечкой. – Это миссис д'Амбросио. Мать Терри. Терри не может подойти к телефону. Врач дал ей лекарство и... – Внезапно женщина заплакала. – Джой мертв... убит, – рыдая, произнесла она. – Дэвид опустился на диван и невидящим взглядом уставился на стену. – Терри не могла обратиться в полицию, но дочь призналась мне, сказав, что из-за того, что Джой помог вам, он умер, – отрешенно проговорила она, охваченная горем и позабыв о своем гневе.

– Но это... невозможно, – пробормотал он, лихорадочно соображая. Это Леонард Винсент. Больше некому. Он крепко зажмурил глаза, пытаясь собраться с мыслями. Сначала Бен, за ним Джой... и Кристина где-то там. – Когда это случилось? – безжизненным голосом спросил он.

– Ранним утром. Его нашли в его машине, изрезанного и... доктор Шелтон, я не хочу больше с вами разговаривать. Похороны Джоя состоятся во вторник. После этого вы сможете поговорить с моей дочерью.

– Но погодите... – Женщина повесила трубку.

Минут пять Дэвид сидел, не двигаясь, не обращая внимания на продолжительные гудки в трубке. Потом, схватив свитер, револьвер и костыли, выскочил из дома. Ни на что особо не надеясь, он осмотрел джип. Ключа не было. Бросив револьвер на сиденье, пошатываясь, он допрыгал на костылях до дороги и через полчаса, обливаясь потом и тяжело дыша, вернулся к машине. Жесткие подлокотники впились в ребра, когда он сел за руль.

– Успокойся, – прерывисто дыша, сказал он себе. – С ней все в порядке. С ней ничего не может случиться. – Он включил двигатель. Она, вероятно, уже в кабинете доктора Армстронг или у Докерти. Все, что ему требуется, это успокоиться и целым и невредимым добраться до Бостона.

Он бросил взгляд на лежащий револьвер и вспомнил о предостережении Розетти. Как он там выразился? Действовать самому и чем быстрее, тем лучше... Что-то вроде этого. Дэвид вздрогнул и взял оружие. Уж не погиб ли Джой из-за того, что у него не оказалось револьвера в нужный момент? От такого предположения у Дэвида пропали последние остатки решительности, и на смену ей пришла ярость. Ярость и всепоглощающая ненависть. Он обязательно отыщет Винсента или того, кто убил Джоя. Он отыщет этого человека и убьет его или погибнет сам. Стиснув зубы, Дэвид вывел джип на аллею.

Тревога за Кристину и желание немедленно действовать охладила его ярость. Он нажал на акселератор, но карбюратор, забитый пылью и песком, не справлялся с нагрузкой. У него мелькнула мысль, что лучшей благодарностью Джою было бы настроить и отрегулировать его джип.

Было бы... Дэвид вскинул голову, стараясь отрешиться от мрачных мыслей, и посмотрел на часы, которые дал ему Джой. Они показывали десятый час. На небе слабая пелена начала проявлять первые признаки сдачи своей позиции осеннему солнцу. Он глубоко вздохнул, расслабился и вновь включил двигатель. Подъезжая к дороге у океана, он уже вполне освоился с автомобильным реликтом. Его мысли опять вернулись к Кристине. Вероятно, ему следовало бы обратиться в полицию. Если от нее будет мало толку, то ее могут продержать в участке до тех пор, пока не появится он. Но к кому обращаться... к полиции штата? Рассердится ли она, когда узнает, что он решил опередить события? Дэвид принялся обдумывать это предложение со всех сторон и решил позвонить из первой телефонной будки, которая попадется ему на пути, как вдруг заметил проблесковые огни и барьеры на дороге.