Дверь распахнулась.

По двум ступеням на чистую площадку административного двора поспешно вышел человек и деловитой походкой направился к воротам в металлической ограде, окружающей двор. Сами ворота закрыты, но рядом - дверь. Человек не обращал ни малейшего внимания на нас, что было необычно: целая толпа на дворе, начальство на виду, а какой-то мелкий служащий даже взгляда не бросит...

Я сосредоточился. Тёмное облако вокруг головы заметно даже самому слабому видящему - рядом вздохнул Вестар.

Человек прошагал уже полдвора, когда до управляющего дошло: люди не ходят по холоду такой непринуждённой походкой в одних брюках и в рубахе - босым!

– Что же вы стоите? Остановите его!
– приказал он охране.

– Только осторожно!
– вырвалось у Арни.
– Он будет сопротивляться.

Охранники недоумённо взглянули на него, но на лице Шерифа рисовалось искреннее беспокойство - и они поверили. Пересекли двор, причём один из них прошёл перед носом босого человека - тот глазом не повёл на преграду. Набросились охранники на идущего внезапно - прыгнули с обеих сторон, сбили с ног и попытались закрутить руки назад. Один отлетел почти сразу - схватившись за живот: до конца не поверил предупреждению и получил ногой в солнечное сплетение. Но теперь поверили: налетели, словно два хорошенько натравленных пса...

– Внимание - второй!
– вырвалось у меня.

Доминик и Вестар переглянулись и сами побежали мимо копошащихся на земле людей прямо к подъезду.

– Сколько у вас заболевших?
– хмуро спросил Карл у Лайта.

– Семеро.

– Значит, надо поискать семь мешков для трупов, - уточнил призрак.
– Точно не больше семерых?

– Но это всего лишь головная боль!
– завопил управляющий.

– Это не головная боль. Это - сим-вормы!
– ледяным тоном подчеркнул призрак.
– Они зовут свои жертвы к себе, а когда те сопротивляются или что-то их не пускает, их мозги могут взорваться. Что сейчас и происходит.

– Всех семерых лучше сразу связать и не выпускать никуда, - с тихой горечью сказал Арни.
– И даже при переезде их уже можно не брать с собой. Полли сказала, что надежды на исцеление уже нет.

Второй вышедший был одет и обут, пусть даже не позаботился надеть куртку, но походил на первого той же решительной походкой. И глазами, мертвенно пустыми.

Значительно побледневший управляющий кинулся назад. В здание. Про то, что хотелось выяснить всё о полномочиях призрака, он, кажется, забыл раз и навсегда. Изнутри послышался его истерически командный голос. И вольнонаёмный персонал забегал, собирая всё самое важное для переезда.

– А где они будут размещаться?
– спросил я, наблюдая, как Доминик и Вестар жёстко скручивают второго.

– Мы нашли для них помещение внизу, среди служебно-технических служб, освободили от лишнего, нашли для них мебель. Сейчас подгонят автобус для переезда, - ответил Шериф и обратился к призраку: - Карл, неужели ничего нельзя сделать с больными? Совсем ничего? Может, попробовать...

– Если бы они обратились сразу, - сумрачно сказала подоспевшая Полли.
– Но все эти люди глотали таблетки от головной боли, а когда стало невмочь и вызвали меня...
– Она замолчала, горестно сморщившись.

– У них вместо мозгов сейчас гнилая каша, - договорил я вместо неё.

Полли исподлобья посмотрела на меня.

– Как знать, - медленно проговорила она.
– Будь здесь наш Брис, он, может, и попытался бы что-нибудь сделать.

– Глупо уповать на отсутствующего, - пробормотал я.
– И глупо уповать, что он всемогущ, как бог.

Полли строптиво вскинулась, но Карл безучастно перебил её порыв:

– Брис прав: нечего строить миф из человека. Даже ваш Брис не смог бы здесь ничего сделать. Я вижу эту гниль. Она не восстановима. Не надо цепляться за прошлое. Сколько человек осталось в том здании, кроме больных? Живых?

– Где-то десять.

– Иди и предупреди, чтобы тоже собирались. А то этот хлыщ может запросто забыть о них.

– А что делать с оставшимися больными?

Заглянув в потухшие глаза Полли, я понял: она знает, что они умирают, что их пора привязывать к кроватям, на которых они лежат, но она не может смириться с этим. Пока они в сознании. И пусть даже призрак сказал, что они уже мертвецы, и вычеркнул их из списка живых, она не может их воспринимать мёртвыми и оставлять на произвол судьбы. Карл тоже это понял. Он взглянул сверху вниз и, снова сморщившись, сказал:

– Делайте, что хотите.

– Пошли, посмотрим, - вздохнул я.

Полли неприязненно посмотрела на меня: мол, чем ты-то можешь помочь? Но всё-таки пошла к жилому зданию, только раз оглянувшись - убедиться, что я иду следом.

На полпути она не выдержала и свернула к двум охранникам, которые замерли, склонившись над первым беглецом. Тот лежал, уже успокоенно вытянувшись. Чёрные, отбликивающие в тусклом дневном свете лакированно-алые струйки тянулись от лопнувших глаз к вискам - и, плохо заметные, из ушей.