– Фигня...
– сквозь зубы сказал я - и всё-таки на пару секунд ткнул его пальцы в середину своей ладони. На следующие минуты, когда для дела надо будет приложить немалые усилия, призрака должно хватить.
– Это мы его сейчас кинем!
– И по инерции сообразил: - Слышащий?

Кивок. Здорово ослабел. Говорить не может? Или... Опять? Этот Элих - случайно, не подвох со стороны капитана? Становлюсь подозрительным. Хотя ничего. Эта паранойя время от времени полезна. Жаль, хорошенько просмотреть призрака времени нет.

– Мартин! Объединись с Элихом! Вам минута на поиски Карла! Кэвин - за мной!

Помнится, где-то у Данияра спрятан чехол для вертолёта. Когда разведка от администрации вылетает на какие-нибудь многодневные поиски или исследовательские работы, вертолёт подвергается не просто заносу песка. За ночь Сцилла вполне могла угрохать машину, запихнув пыль в её мельчайшие детали. По ночам чехол здесь - жизненная необходимость. Ага, нашёл.

– Кэвин, стреляй по щели, как полезут!
– предупредил я.

У нас тоже маленькая фора: шавки не представляют, что люди, в здравом уме и памяти, сами пооткрывают доступ к себе. Поэтому, пока люковые двери в наш отсек поднимаются, несколько секунд опять-таки у нас в запасе есть.

Вытаскивая вертолётный чехол, я с тревогой посматривал на его грубую, твёрдую на ощупь ткань. Будет гореть - нет? Должна, вообще-то...

– Шавки!
– крикнул Кэвин. Луч его лазера стремительно проехался по медленно расширяющейся щели. Передние когтистые лапы уже скребли край порога в отсек. Всё больше и больше этих лап... Одиночный луч Кэвинова лазера режет их, пока ровно скользя по линии порога. Но дело только за тем, как быстро откроются двери. Как только лапы смогут протиснуться - всё... Хана.

Я сунул край чехла за скамью, продёрнул, схватил одну из наших пик. Как недавно одежду капитана, так сейчас чехол быстро проткнул пикой в двух местах, зашпиливая так, чтобы не оборвало, чтобы не вылез конец, за который некоторое время придётся держаться. Затем почти выдрал из пола, ближе к кабине лётчика, квадратный люк, ведущий к двигателю, - ногой пихнул туда другой конец чехла.

– Слухачи!
– крикнул Элиху и Мартину.
– Достучались до Карла?

– Есть слабый контакт!

– Держите этот контакт и ни о чём больше не думайте!
– приказал я и кивнул Кэвину: - Быстро сюда - и вы, двое, тоже! Связь держать, что бы ни случилось! Поняли?

Кивнули. Спрашивать не спрашивают, что именно задумал. А у меня чехол размотан уже так, что занимает почти весь отсек. Громадный же. Это такую махину им оборачивали!.. Эх, Данияр, спасибо тебе, что беспокоился за свою вертушку!

Встали с двух сторон от чехла у входа, чуть даже наступая на него - настолько он широко разложился. Жёсткая грубая ткань с трудом позволяла держать равновесие, почти не прогибаясь под нашим весом. Теперь к лазеру Кэвину присоединился мой. Мы жарили направленным зарядом тощие лапы шавок, цепляющихся за бортик порога в вертолёт. Ар-роматный запах жжёной кожи и мяса несло в отсек вместе с чёрным дымом. Чёрт, снаружи и так уже не слишком светло - вечер в разгаре. А если сейчас здесь будет ещё и дым... Впрочем, что беспокоиться. Шавки облепляли щель в отсек, как навозные мухи, только те помалкивают, жужжат еле слышно, а эти верещат - пасти не закрывают. Уши аж вянут от звукового давления. Психическая атака, блин...

"Мартин, лезьте под чехол, закрывайтесь и цепляйтесь за его край! Хватай этого Элиха! Заставь его тоже держаться! Кэвин, слышал? Выполнять! Я прикрою!"

"Что?!"

Но приказа послушались.

Мальчишки схватились за чехол любо-дорого. Мартин ещё пнул засомневавшегося Элиха, который, кажется, даже очнулся то ли от слабости, то ли от ступора. Я - следом, еле держась одной рукой. Лазер сунул стволом в куртку, вперёд вытянул руку с минеральной зажигалкой - и полоснул огненным клинком в отсек по ткани. А потом чехол быстро - с ускорением пополз из вертолёта, сбивая накопившихся шавок, падая и разворачиваясь вниз под нашей тяжестью. Шавки по той же инерции рванули в первую очередь в отсек вертолёта. Так что слишком сильно обороняться от них в воздухе не пришлось. А там, внутри, уж надеюсь, твари учуют добычу.

Нас тащило по холодному воздуху недолго. Правда, в этом идиотском полёте всё равно пришлось потратиться на тех настырных личинок сим-вормов, которые спустились вслед за падающей добычей. Но таких шавок оказалось мало. Мне даже показалось, что выпущенный вертолётом хвост свору здорово напугал. Все "права" на расстрел тварей, погнавшихся за нами, я передал Кэвину, а сам опять лихорадочно приспосабливал энергетику одиночных сим-вормов к собственной защите. Получилось, что мы с Кэвином работали на пару: он убивал, я - адаптировал. Результат всё равно один: твари исчезали из нашего поля зрения. Мартин тем временем жёстко приклеился к Элиху, помогая ему не свалиться и одновременно заставляя "слушать".

А потом чехол начал рваться, сгорая сверху. Дымящаяся дыра расползалась посередине ткани. Я поджигал, рассчитывая, что в первую очередь огонь рванёт кверху, что ткань оборвётся, когда мы будем достаточно низко. Но ведь человек полагает, а господь Бог располагает. Так что мы пролетели на обрывке ещё некоторое время, прежде чем раздался треск, сопровождаемый быстро приближающимся к нам теплом.

Несколько ошарашенные, свалившись на землю, мы влетели в ту самую середину, но с нашего края, снизу. Нас немного завернуло в оставшийся невредимым - пока - кусок и прошвырнуло по земле. Кто-то вылетел из чехла сразу, кто-то ещё барахтался среди жёстких сгибов ткани, но мне больше всего понравилось, как вылез из-под остатков чехла Мартин. Он явился на свет стоящим на коленях, с опущенными глазами и сразу показал мне кулак. Ткань вывернулась. Оказывается, одной рукой мальчишка держал за кисть лежащего Элиха, другую, убрав кулак, - уже ладонью положил, будто прихлопнул, на собственное ухо. Будто придерживал наушник. Сначала, в угаре от получившегося циркового трюка, я не понял его жеста с кулаком, но услышал: