Поручик вопросительно взглянул на майора. Тот кивнул, и Поручик, сбросив скорость, заложил крутой поворот. Катер описал дугу и с прежней прытью рванулся в обратном направлении. И вовремя, потому что над рекой один за другим пролетели два вертолета с эмблемами арабистанской армии. Катер с десантниками их внимания не привлек, так как они высматривали объект, идущий в прямо противоположном направлении.

В момент, когда катер спецназовцев достиг причала консульства, мимо проходил океанский теплоход. Время от времени он давал басистые гудки, поэтому Поручик не стал глушить двигатель и на скорости ткнул катер в пирс.

На пирсе торчали двое местных солдат из охраны. Вернее, не торчали. Один присел в теньке, другой и вовсе растянулся на травке газона.

– Пожрали, теперь в сон потянуло, – завистливо процедил Копняк. – Будет вам вечный сон.

– Эй, не балуй! – предостерег его майор. – Всех касается, а Поручика в особенности. Никого не убивать и серьезно не травмировать. Это наши союзники.

– Жалко только, что они об этом не догадываются, – заметил Голицын. – Ладно, будем угощать конфетами. Чур, мой тот, что сидит. Я лежачих не бью.

Десантники вихрем налетели на охранников и отключили их молниеносными ударами. Похоже, те даже не почувствовали, что их вырубили. Затем десантники двинулись в особняк. Дверь открылась бесшумно. Поручик шел первым, за ним майор, следом Птенчик. Прапорщик замыкал группу.

В холле никого не было. Консул и его сотрудники, видимо, были еще не в курсе произошедшего несчастья. Но снизу, из медпункта, доносились тихие голоса. Голицын направился к лестнице в полуподвал. Здесь ему и его товарищам открылась любопытная картина. В зубоврачебном кресле сидел примотанный к спинке скотчем журналист Ян Томашек. Рядом с креслом в позе «чего изволите» застыли два охранника-араба. Перед креслом со шприцем в руках расхаживал Лепешкин.

– Один укольчик, – дружелюбно, почти ласково говорил он, – и ты расскажешь мне все, даже то, чего не знаешь. Мне интересно, когда и где ты подцепил этих так называемых десантников, а также кто приказал вам похитить президента Правдина. И где сейчас находится Эмир Джихада. Я, знаешь ли, не верю в сказку о его смерти. И не советую запираться. Это средство очень опасно при передозировке, а…

Он не успел договорить. Поручик, не справившись с искушением, отвесил ему футбольный пинок пушечной силы. Советник президента кубарем покатился в угол. Копняк и Птенчик обрушились на охрану. Били не насмерть, но от души.

Тем временем Лепешкин, не прекращая кувыркаться, выкатился из комнаты и бросился в крайнюю дверь. Спецназовцы не сразу отреагировали на его перемещение, так как дверь, к которой он устремился, находилась в противоположном от выхода конце коридора.

– Расшнуруй журналиста, – бросил Орлову старший лейтенант и помчался за Лепешкиным. Неожиданно для него дверь, за которой тот скрылся, оказалась не только запертой, но и довольно крепкой. Чтобы выбить замок, пришлось ударить ногой несколько раз. За дверью оказалась небольшая каморка, снабженная окном. Окно было открыто, Лепешкина в каморке не было.

За спиной Поручика послышались шаги. Это был Серегин. Он по достоинству оценил маневр беглеца.

– Молодец, прыткий паренек. Знаешь, я думаю, Багира ушла тем же маршрутом. А теперь идем, Лепешкин наверняка уже поднял в ружье охрану.

– Разве они смогут нас задержать?

– Нет, но мы можем кого-то из них убить. Лепешкину это будет только наруку.

В коридоре Орлов с Копняком уже выводили освобожденного журналиста, обрывая с него прилепившиеся куски скотча. С ним вместе они выбрались из здания и погрузились на свой катер. На сей раз Поручик взял курс вверх по течению, здесь было больше мест, где можно было бы выбраться на берег.

Спецназовцы бросили катер и продолжили путь посуху. Передвигаться по городу в их положении было гораздо спокойнее. На улицах царила сумятица, напоминавшая великое переселение народов, тогда как на воде их рано или поздно засекли бы с полицейских катеров или вертолетов.

Выйдя на оживленный перекресток, журналист остановился. Остановились и десантники.

– Куда мы теперь? – спросил Томашек.

За всех ответил Поручик:

– Понятия не имеем. Мы хотели захватить Лепешкина и потолковать с ним таким же способом, каким он собирался пообщаться с тобой. А теперь…

– Давайте зайдем в бар. Посидим, выпьем, поедим, поболтаем, – предложил журналист.

– В бар? Выпьем? А как же законы шариата? – удивился Серегин.

Томашек усмехнулся:

– Это же Басра. Тут еще недавно американцев и англичан было больше, чем арабского населения. Сейчас их, правда, почти не осталось, но бары еще работают.

Бар, куда они зашли, и в самом деле напоминал стандартную армейскую забегаловку. Внутри было полутемно, метровые лопасти под потолком гоняли вязкий горячий воздух.