— Я сделаю все, что в моих силах. Обещаю.

Пат, прикусив верхнюю губу, ненадолго задумалась, после чего склонилась над столом, обхватив обеими руками чайную чашку:

— Понимаете, однажды ей захотелось пойти по этим самым клубам в Чепелтауне.

— Это где в основном проживают выходцы из Африки и Вест-Индии?

— Ну да. Я считаю, приличным белым девушкам и близко нельзя подходить к таким местам, но Люси решила, что это будет круто.

— И пошла?

— Да, вместе с Ясмин, ямайской девушкой из отделения нашего банка на Боар-лейн. Правда, ничего страшного не случилось. Хотя, мне кажется, она попробовала наркотики.

— Неужели? А что она сама рассказывала?

— Она отделывалась намеками и делала вид, что побывала там, где узнала и видела собственными глазами такое, что мы, должно быть, видели только по телевизору. Для нее это было что-то вроде забавного путешествия. Вот такая она, Люси.

— Это единственное ее опасное приключение?

— Нет. — Пат разговорилась, и, казалось, остановить ее уже невозможно. — Однажды она рассказала мне, как была проституткой.

— Простите?..

— Правда-правда. — Оглядевшись вокруг и убедившись, что их разговор никого не интересует, она продолжила еще более тихим голосом: — Это было примерно два года назад, еще до того как на сцене появился Терри. Однажды вечером мы разговаривали на эту тему в пабе, когда увидели одну из них — понимаете, о ком я, о проститутке. Мы как раз обсуждали, что чувствуешь, когда делаешь это за деньги, смеялись, конечно. Люси вдруг объявила, что намерена попробовать и выяснить все на деле, а потом рассказать об этом нам.

— И она это сделала?

— Ага. Спустя примерно неделю, она рассказала, что накануне вечером оделась так, как одеваются такие женщины, — колготки в сеточку, туфли на высоком каблуке, черная кожаная мини-юбка, блузка с большим вырезом, и села в баре одного из отелей, где любят останавливаться бизнесмены. Долго ждать не пришлось, сказала она, и скоро к ней подошел мужчина.

— И Люси все рассказывала вам?

— Не очень подробно. Она знает, где нужно придержать язык, но сказала, что они поговорили, очень по-деловому, вежливо и все такое, обсудили, так сказать, финансовый вопрос, после чего поднялись в его номер и… сделали все, о чем договорились.

— И вы ей поверили?

— Не сразу. Понимаете, это был из ряда вон выходящий поступок, но…

— В конце концов вы поверили?

— Да. Как я говорила, Люси способна удивить вас, шокировать, она любит опасность, эмоциональное возбуждение. Я думаю, что она получила удовольствие, когда показывала мне деньги, полученные за это, две сотни фунтов.

— Она же могла взять эти деньги в банке.

— Могла, конечно… Но это все, что мне известно об этом эпизоде.

Дженни сделала еще несколько пометок в блокноте. Пат вытянула шею, пытаясь прочитать написанное.

— У вас, должно быть, очень интересная работа, — сказала она.

— В ней есть некоторые приятные особенности.

— Вы прямо как та дама, что играет в телесериале «Главный подозреваемый». [19]

— Только я не женщина-полицейский, Пат. Я всего лишь консультант-психолог.

— Все равно, согласитесь, это увлекательно, — возразила Пат, шмыгая носом. — Ловить преступников и тому подобное.

Вот уж никогда Дженни не думала, что ловить преступников — это увлекательное занятие, но решила не лишать Пат ее иллюзий и продолжила беседу:

— Люси изменилась, когда встретила Терри?

— Конечно. Так и должно быть, верно? Она стала более сдержанной, больше времени проводила дома. Терри — небольшой любитель развлечений, короче, домосед, поэтому она уже не ходила по клубам. А к тому же он еще и ревнивец, этот Терри — вы понимаете, о чем я, — поэтому, после того как они поженились, она уже не могла себе позволить даже взглянуть на кого-то. Все разговоры только о Терри, никого, кроме Терри.

— Они любили друг друга?

— Мне казалось, да. Просто помешались друг на друге. По крайней мере если судить по ее словам. Она казалась счастливой.

— Вернемся, с вашего позволения, немного назад. Вы присутствовали при их знакомстве?

— Она утверждала, что да, но я, хоть убей, не могу вспомнить, как они встретились.

— А когда это произошло?

— Почти два года назад, в июле. Помню, был жаркий душный вечер. Мы пошли на девичью вечеринку в один паб в Сикрофте. Настоящий паб — там и номера были, и танцпол.