– Да и вообще, наша история – один сплошной пафос.

– Это точно, – улыбнулся Мэтт.

– Эй! – окликнула я парочку.

– Ой, привет!

Они разом повернулись ко мне.

Наряд Виллы был как всегда шикарен. В глубоком вырезе роскошного платья сверкала бриллиантовая подвеска, в ушах покачивались сережки, пальцы были унизаны перстнями. Трилле как сороки – охочи до безделушек. Мне, конечно, в этом смысле далеко до Виллы, но я от всяких колечек тоже сама не своя.

– Где ты пропадала весь день? – спросил Мэтт. Ни раздражения, ни беспокойства в его голосе не было.

– Туве меня обучал, – коротко ответила я, ожидая, что Вилла тут же накинется с расспросами. Но Вилла промолчала. – А вы чем занимались?

– Утром я заскочила спросить, какие планы на сегодня, и наткнулась на твоего брата. Блуждал по дворцу с таким потерянным видом, ну вылитый щеночек. – И снова смех Виллы зазвенел, переливаясь.

Мэтт смущенно почесал затылок.

– Вовсе я не щеночек. – Он даже покраснел. – Просто не знал, как убить время.

– Ага, вот я и решила устроить ему экскурсию, познакомить с местными достопримечательностями. И с твоей благородной родословной.

– Правда, у меня почти все сразу вылетело из головы.

– Не только у тебя, – призналась я, и они рассмеялись.

– Ты, наверное, проголодалась? – озабоченно спросил Мэтт. – Я как раз собирался приготовить ужин для нас с Ризом и для той девушки со странным именем.

– Рианнон? – подсказала Вилла.

– Точно, – кивнул Мэтт.

– Она милая, – сказала Вилла, и мне пришлось подхватить отвисшую челюсть.

Рианнон была мансклигом Виллы, то есть именно с ней поменяли местами Виллу сразу после рождения. Рианнон и правда очень славная, с Ризом их связывает крепкая дружба, но чтобы Вилла так о ней отзывалась, я слышала впервые.

– Они что, встречаются с Ризом? – спросил Мэтт.

– Не скажу точно. Она от него без ума, это ясно как день, а вот как он относится к ней, я не знаю.

Похоже, Вилле эта тема была по душе, а я не уставала удивляться. Ведь прежде любые разговоры про Риза и манксов наводили на нее тоску.

– Так как насчет ужина? – напомнил Мэтт.

– Нет, спасибо, я абсолютно разбита. В душ и спать.

– Точно?

Я покачала головой, и Мэтт посмотрел на Виллу:

– А ты, Вилла? Есть планы на вечер?

– В общем-то, нет. – Она улыбнулась. – Поужинаю с вами, и с превеликим удовольствием.

– Отлично. – Мэтт удовлетворенно кивнул.

Это меня озадачило – очень уж Вилла была мила и как-то чересчур охотно согласилась на ужин, приготовленный манксом. Но я слишком устала, чтобы размышлять над ее поведением. Мэтт вроде бы вел себя как обычно, и все же что-то было не так. Ладно, разберусь потом. С тем я и уединилась в своей комнате.

Еще один долгий день тренировок не сделал мое настроение светлее и радостнее. Я научилась лучше управлять своим даром, но мне становилось все труднее не думать о Финне. Надежды, что время врачует сердце, не оправдались – тоска по нему только усиливалась.

Утро мы провели в тронном зале, раньше мне здесь бывать не приходилось. Это был настоящий атриум с высоким прозрачным куполом вместо потолка, круглая, почти без углов, комната. Стена за троном была стеклянной, остальные – щедро отделаны золотом и серебром. Как и снаружи дворца, по стенам зала причудливо вились растения.

За исключением высоченного потолка, в целом комната размерами не впечатляла, но в этом и не было особой необходимости. Туве объяснил, что в тронном зале проходят только встречи с вельможами.

В центре возвышался трон, укрытый красным бархатом, а по бокам от него стояли два кресла попроще. Трон был не деревянный, а из платины, причудливой ковки и щедро инкрустированный рубинами и алмазами.

Я подошла к трону и осторожно дотронулась до шелковистого бархата. Он был совсем мягкий, нежный и пружинил под пальцами. Массивные подлокотники из металла оказались удивительно гладкими на ощупь. Я провела пальцами по затейливому узору.

– Предлагаю приступить к занятиям, если только не эту вещь ты собираешься двигать силой мысли.

– А почему мы пришли именно сюда? – Я с трудом оторвалась от королевского кресла. Что-то в нем меня неодолимо притягивало. Словно именно трон подтверждал реальность происходящего.

– Мне нравится простор, – Туве помахал руками в воздухе, – мне здесь легче думается. В бальной начались ремонтные работы, сегодня нам там нечего делать.

Почти с сожалением я отошла от трона. Дункан все утро держался в стороне, наслаждаясь передышкой. Туве хотел, чтобы я снова поработала над усмирением своих способностей, и предложил использовать совсем уж непонятную мне технику.