Мейри стиснула зубы и спрятала глаза, избегая нежной улыбки Клер. Мать Коннора так хотела, чтобы она вышла замуж за ее сына, — может быть, не меньше, чем сама Мейри. Все эти годы она защищала его, но говорить на эту тему становилось все труднее, и они замолчали.

— Лорд Оксфорд уже просил разрешения сопровождать вас сегодня в театр, — заметила королева. — Как видно, вы ему очень нравитесь.

— В театр? — тупо переспросила Мейри. Еще один из английских соблазнов, которого она пыталась избежать. — Я еще никогда не была на спектакле.

— Ну что же, мисс Макгрегор, теперь вам часто придется посещать их. — Королева взяла ее за плечи и развернула к себе лицом. — Если бы вы не сообщили мне, куда уехал мой муж, я проводила бы все дни и ночи в страхе. Думала бы, что враги похитили его и, возможно, убили. Вы доверились мне. Я ваша должница. Если вам нравится лорд Оксфорд, я только слово шепну мужу, когда он вернется, и все будет решено.

— Благодарю вас, ваше величество. — Мейри покачала головой и отвела глаза. — Но мне не нужен муж.

— Глупости. — Королева щелкнула языком. — Вы не становитесь моложе, моя дорогая. Сколько вам лет?

— Двадцать два.

Огромные глаза королевы распахнулись еще шире.

— Мы должны подыскать вам мужа, и быстро! Может быть, сын баронета Эйлсфорда? Забыла, как его зовут. — Она заглянула за спину Мейри, чтобы обратиться к Клер: — Леди Хантли, вы не помните?

— Капитан Николас Седли. Он очень хорош собой.

Мейри пораженно взглянула на Клер. Она что, рехнулась? Капитан Седли был офицером на флоте принца Вильгельма. Хуже партии для нее быть не может.

— Ах да, Седли. — Королева отступила назад, чтобы как следует рассмотреть девушку и решить, что еще нужно изменить в ее внешности. — Мне говорили, он из очень хорошей семьи, — сказала она скорее Клер, чем Мейри. — Но, разумеется, если объявят о помолвке с ним или с лордом Оксфордом, она должна прекратить общаться с вашим сыном, леди Хантли. Его вольное обращение с ней недопустимо. — Королева в упор посмотрела на Мейри. — Особенно после того, как вы определенно заявили, будто он вам не нравится. Вы согласны?

Мейри растерянно заморгала. Совсем не общаться с Коннором по королевскому приказу? Именно это ей и нужно. Она должна радоваться.

— Нет-нет… Я не хочу выходить замуж ни за одного из этих дворян.

Но, черт возьми, она действительно становится все старше. До нынешней встречи с Коннором Мейри совсем не думала о замужестве. Она была счастлива жить вольной жизнью у себя в замке. Там она была воином. По крайней мере, втайне от всех. Такая жизнь, как у матери, не казалась ей больше прекрасной. Мейри хотела быть такой, как Клер. Но даже Клер вышла замуж за человека, которого любила, и который любил ее.

— Тебе надо закончить туалет. — Клер поцеловала ее в щеку и сделала знак Джудит продолжить работу. — Только не возись слишком долго, моя милая, — добавила она, направляясь к двери вслед за королевой. — На ужин сегодня мороженое; оно растает, если ты опоздаешь.

Когда они вышли, Джудит взялась за гребенку и занялась длинными волосами Мейри.

— Королева права, миледи, — заметила девушка у нее за спиной.

— Мейри.

— Алый цвет действительно вам к лицу… Ну хорошо, Мейри. Вы чудесно выглядите, но… вы позволите сказать, что я думаю?

— Разумеется.

— Боюсь, люди заметят только ваше мрачное лицо.

О Боже, неужели каждый может читать ее мысли? Она не хочет выходить замуж лишь потому, что становится старше, и никто не заставит ее это сделать. А хочет она вернуться домой, возможно, выйти замуж за горца, который никогда не предпочтет ей Англию. Если же такого не найдется, она продолжит сражаться за свою религию и за сохранение горских обычаев.

— Мы с Сарой — это дочь барона Пемброка — наблюдали за вами, — смущенно призналась Джудит, потянувшись за жемчужной заколкой в тон одолженным королевой жемчужным серьгам.

— Ах вот как?

Мейри удивленно приподняла бровь.

Джудит кивнула, не отрывая зеленых глаз от волос Мейри. Она никак не могла решить, с чего начать работу, и наконец всплеснула руками:

— Они такие густые и длинные! До самой талии. Так вот, мы заметили, что вы не как другие гостьи.

— Ты тоже.

И они улыбнулись друг другу.

— Вы не пудрите лицо, не красите губы. Ваши наряды не яркие и не новые. И вы не целуетесь с чужими мужьями.

— И никогда не буду, — заявила Мейри и поразилась перемене в своей помощнице.