Королева слабо улыбнулась.

— Я рада это слышать, — с облегчением вздохнула она. — Если все, что вы мне сообщили, правда, то моему мужу потребуются верные трону люди.

— Они есть среди Макгрегоров, — заявила Мейри.

— И среди Грантов тоже, — добавил Коннор, быстро взглянул на девушку и заметил, что она тоже на него смотрит.

Он моргнул, Мейри отвернулась. Черт подери все на свете! Он никак не может избавиться от своих мыслей. Нельзя было ее целовать, дотрагиваться до нее. Знал же, что Мейри станет сопротивляться, — ведь она столько лет доказывала свою твердость в решениях. Но чтобы она предпочла лорда Оксфорда? Это уж слишком! Однако как только Мейри услышала голос этого юнца, то просто похолодела, словно жена, застигнутая с любовником!

— У меня есть к вам еще один вопрос, мисс Макгрегор. — Королева снова завладела вниманием как Мейри, так и Коннора. — Точнее, к вам обоим. Если никому здесь нельзя доверять, то почему вы уверены, что можете доверять мне? Ведь даже король ничего мне не сказал.

— Потому что вы любите его, — просто ответила Мейри. — Я поняла это по вашим жестам, по тому, как вы смотрели друг на друга вчера за ужином.

Королева в первый раз улыбнулась по-настоящему.

— Значит, вам знакома любовь?

Мейри прочистила горло и быстро стрельнула глазами в Коннора.

— Мои отец и мать так же смотрят друг на друга.

— Понимаю.

И королева все с той же улыбкой перевела взгляд на Коннора.

— Насколько нам известно, капитан, вы выросли в горах Шотландии?

— Да, ваше величество, — согласился он. — Моя семья живет в Кэмлохлине.

— Вместе с Макгрегорами?

Коннор кивнул, хотя не был уверен, что вопросы эти невинны. Судя по интересу королевы к нему самому и ее понимающей улыбке, разговор должен был коснуться Мейри. Ему бы этого не хотелось.

— Значит, можно утверждать, что вы выросли вместе?

— Да, ваше величество, — неохотно признался Коннор.

Ему все меньше нравился этот поворот в беседе. Пока королева расспрашивала Мейри, Коннор с удовлетворением отметил, что она довольно умна: королю, у которого такое множество врагов, нужна умная и решительная жена, — но когда разговор перешел на него самого, Коннор почувствовал раздражение. Ему не понравилось, что его так пристально изучают.

— Ваше величество, я считаю, что лучшим выходом будет следующее. — Коннор попытался отвлечь королеву от расспросов и вернуть к прежней теме. — Вы можете сообщить подданным, будто король отправился в Эдинбург, чтобы встретиться с новым роялистским парламентом.

— О да. — Мария снова улыбнулась. — До этого еще несколько недель, но никто не станет сомневаться. Я вам очень благодарна за совет, капитан. И вам тоже, — обратилась она к Мейри, — за то, что успокоили меня, сообщив, что король в безопасности. А ведь вы могли промолчать. Я должна еще кое о чем спросить вас, а потом капитан Грант расскажет мне о дочери короля.

Мейри кивнула, ожидая продолжения.

— Почему же вашего капитана не пригласили сопровождать короля в Кэмлохлин? И даже ничего ему не сказали?

Мейри мрачно усмехнулась.

— Наверное, так устроил Колин. — Королева удивленно приподняла бровь, и Мейри пояснила: — Ему капитан тоже не очень нравится.

— Вот как? — Проницательный взгляд королевы с любопытством остановился на Конноре. — Интересно…

Через четверть часа молодые люди вместе вышли из покоев королевы. Мейри направилась к лестнице, а Коннор, прикрыв за ними дверь, шел следом, любуясь ее фигурой. Ни один не произнес ни слова. День начался совсем не плохо, полагал Коннор. Сегодня они провели вместе больше времени, чем за предыдущие семь лет, и Мейри его не убила. Конечно, она метнула в него кинжал, и все же не пыталась действительно лишить его жизни. Сердце шептало Коннору, что ежедневные встречи могут оказаться не такими уж трудными.

— Вам больше не нужно следить за каждым моим шагом, капитан Грант, — не поворачивая головы, заявила Мейри.

Или нужно?

— Вы знаете другую дорогу в Банкетный зал, мисс Макгрегор?

— Может, через темницу? Почему бы вам не попробовать?

Коннор улыбнулся ей в спину и заложил руки за спину.

— Здесь нет никакой темницы. Теперь людей сажают в тюрьму. Помните, мы говорили об этом прошлой ночью? Кстати, это напомнило мне, что…

— Значит, вам нет нужды беседовать со мной по дороге, — оборвала его Мейри.

— Я и не беседую. Вы сами начали разговор.

Мейри остановилась на ходу, развернулась и впилась в него гневным взглядом. Коннор помнил, как часто эти глаза заглядывали ему в душу, освещая все ее самые темные уголки. У Мейри сильная воля, она упрямая девица, которая верна Шотландии так же, как его сердце верно ей самой. Все в ней — от острого язычка до арсенала, спрятанного под юбками, — завораживало и околдовывало его. Так было всегда. Она взяла его в плен много лет назад и больше не выпустила на свободу.