28.12.07, день

Он никуда не поехал утром, – познабливало, поламывало, – «заболеваю, что ли…» Температуры высокой не было, – померил на всякий случай – 37,1, выпил стакан разведенной горячей водой какой-то лечебной дряни, взмок, переоделся потеплее, слепил путаный бутерброд, сел пить чай.

Открыв дверь своими ключами, завозилась в прихожей приходящая прислуга – Анна Игнатьевна, не совсем старая еще, но рано увядшая в семейных катаклизмах женщина. Что-то там такое у нее было с мужьями-сыновьями-дочерьми и прочими троюродными сестрами, что вынуждало и дома сидеть, и хоть кой-какие деньги зарабатывать, – платил Игорь Сергеевич хорошо, – не жалко, было бы прибрано.

– Ой, Игорь Сергеевич, доброе утро, я и не знала – что вы дома-то? Приболели, да?

– Да знобит слегонца, ничего…

– Ну, я вам не помешаю, щас я, быстренько…

– Да ладно вам, Анна Игнатьевна… Что там убирать – вчера ж убирались… Вот разве посуды опять накидали… Чаю вот со мной выпейте, садитесь.

Игорь Сергеевич не был настолько человеколюбив, чтобы испытывать душевное расположение к обслуживающим его людям, нет, просто вот так, когда лицо в лицо, становилось ему почему-то немного неловко. Впрочем, короткий этот импульс быстро всегда иссякал: «работай, негр, солнце еще высоко», «не умеешь работать головой – работай руками»…

Анна Игнатьевна пила чай, пришепетывала что-то тихой скороговоркой, Игорь кивал согласно, плохо на самом деле слушая. «А как опять сословия становятся… Вот она – Анна – настоящая городская мещанка, рабочие сами себя от всех отделяют, крестьяне там, обслуга – половые, хе-хе, половая обслуга, торговое сословие – вот я кто? – купец ведь, купец и есть, чего там… А Лика, к примеру? Вдова – Лика… Почти “Клико”, только денежки у нее нефтяные, а не шампанские…»

– Что вы там про депрессию, Анна Игнатьевна, простите, отвлекся…

– Да я говорю – трудно жить-то, пенсии маленькие, люди все угнетенные, грустные, в депрессии…

– Скажите, пожалуйста, – в депрессии… Неужто все – в депрессии? У вас, Анна Игнатьевна, образование какое?

– Учительское, пединститут, математику преподавала, – столько лет…

– А что ж ушли? А, ну да, родственники ваши… Вот насчет депрессии – это вы загнули. Какая такая депрессия, – ну, пенсионеры, да, конечно, а молодежь, а сорокалетние – да наоборот же, все чего-то суетятся, работают, зарабатывают, дачки строят, слава богу, на партсобрания ходить не надо больше, – все бодрячком, я же тоже вижу.

– А вы-то сами, – с некоторой даже злостью от невозможности показать обиду, наклонив голову – глаза убрать зыркнувшие, спросила Анна Игнатьевна, – вы-то сами – чего печальный?

– Ничего я не печальный – чего мне печалиться? Видите же – болею я, нездоровится – и все…

«Что я с ней разговариваю, к чему, что я с ней здесь сижу, Господи боже ж ты мой – чепуха какая! Делать больше нечего – лекции ей читать…»

– Ну ладно, Анна Игнатьевна, засиделись – давайте, и я пойду к себе – поработаю, и вы – тоже, принимайтесь.

Работать, уйдя к себе, Игорь Сергеевич не стал, а включил компьютер, вошел в Сеть, набрал «авиабилеты в Осло». Рейсов было довольно много, удобных – не очень: либо с двумя пересадками, в Стокгольме и Копенгагене, 08.55–13.25, прилетаешь рано, а лететь – долго; либо прямой «Джибути» из Домодедово, 14.40–15.15, Домодедово – через весь город или полкольца пилить, тоже – нет, а вот – аэрофлотовский, из Шереметьево, 21.00–22.20, два часа – этот. Он заказал бизнес-класс на тридцатое.

29.12.07, утро – день

– Сережка, тормозни, не убегай! На пару минут задержаться можешь, нет?

– Ну пап, ну некогда мне, я же опоздаю, – с утра физика, а я и не читал еще, ну…

– Да ладно – полвосьмого! Щас – добреюсь, айн момент, погоди, мне тебе сказать надо.

– Ну потом скажешь, – на самом деле сын Игоря Сергеевича никуда не спешил, он был в папу, на физику идти и не собирался, просто – трепотня с родителями, грузить, небось, начнет, ну его…

– Слушай сюда, Серега, тебе мать сказала, я уезжаю?

– Нет, а куда? Не навсегда – ну че ты, шучу, шучу…

– Скорее всего, на неделю, может, на две, ты тут – смотри-и…

– Чего смотреть-то, нормально все, не облажаюсь, не боись.

– Ты – вот что, вы там куда-то после Нового года ехать собирались? С кем, кстати?

– С кем – Петька, Зинин, Саныч, девчонок несколько – да мы ненадолго, так…

– Ну ладно, поаккуратней только, я там тебе на карточку к праздничку тысчонки три сбросил, – не зверейте только…

– Спасибо.

– Ну пока.