Ну а что поделать? Сегодня пятница.

Раньше я безумно радовалась этому дню — что, наконец, наступила пятница-развратница и я вольна… А теперь я не вольна и не хочу быть вольной.

Пока мы пытались прорваться сквозь практически онкологические пробки до дома, Ника уснула на заднем сиденье, а из меня выветрился весь алкоголь. Я погрустнела.

— Светк, а как ты поняла ситуацию с ногой? Думаешь, сестра напутала?

— Возьми и спроси у Ники. Мне кажется, все иначе. Но я не хочу сообщать тебе о своих выводах — особенно при таком раскладе. Ты зря с ней так носишься — отстранись, еще немного и тебе вообще жалко ее станет.

— Но она столько знает про Макса! Она — как створки окна в большой мир, в его жизнь.

— Узнав ее Макса, ты рискуешь не открыть своего Макса, такого, каким он может быть с тобой, и только с тобой.

— Ты права.

— Я знаю.

Светка не была оптимисткой. И тем более пессимисткой. Ей удавалось найти баланс будильника и ночи как истинной реалистке.

Я же пыталась не винить себя, смахивая свою вину на погодные явления и стрессовые факторы — сначала чуть не поцеловать собственного отчима, потом взрослый мужчина оплачивает мой счет, откровенно говоря, что муж — не помеха. И я молчала, и этим молчанием соглашалась.

Определенно, гормональный день. Может, сегодня новолуние? Пойду. Повою на луну. Макса все равно нет дома, хотя он и обещал.

Мы провели два очень хороших дня с Максом. Их не хочется описывать, потому что счастье с ним однолико и банально. Спрятано в рамках дома и быта, оно не представляет интереса ни для кого, кроме нас — это и есть противофаза светскому образу жизни.

Я была уверена, что он не посмеет проявлять чувства ко мне при Нике, что он будет сторониться меня при ней — и уже морально приготовила себя к этому явлению.

— Сфотографируешь нас? — попросил он Нику и, обратившись ко мне, добавил: — Ника закончила Академию фотографии, я сегодня с дизайнером созванивался, предлагаю сделать дверь в кабинет стеклянную — с нашими черно-белыми фотографиями, по-моему, интересно может получиться?

— Тебе не кажется, что это культ личности?

— Что ты знаешь о жизни?

— О твоей ничего!

— И слава Богу.

Ника фотографировала спор.

Друг из Бронкса болел вторую неделю. Ему нездоровилось: то на руках экзема, то нейродермит, потом простуда — никак не мог поправиться, да еще и гастрит обострился. Я каждый день собиралась поехать его навестить, но, как известно, у меня большие проблемы с выходом в открытый космос ввиду отсутствия транспорта. Мне показалось, что последнее время я потеряла его из вида, мы отдалились или даже разлетелись, уже нет того родства страданий — когда из горла да разом, и закуривая, то в клубах, то в кабаках, то на дворовой паутинке.

— Ты не хочешь съездить со мной навестить Сашку, он болеет, я очень давно обещала, ты же сам понимаешь, что своим ходом это сделать достаточно сложно?

— А как же Ника? Кто-то же должен быть рядом с ней. Хочешь — возьми мою машину.

— Но у меня нет доверенности.

— Я тебя научу решать данный вопрос.

— Ты не боишься давать мне машину? Она же все-таки не тридцать тысяч долларов стоит, чтобы вот так давать девчонке погоняться.

— Я еще раз повторяю, тебя научить решать подобного рода вопросы? Бери ключи, пока я не передумал.

Я обняла Макса и убежала в Москву. В первую же совместно-жительскую субботу свинтить — я дала маху. Но тварь я дражащая или право имею??!

Когда я представляю, что мои одноклассники, а главное, одноклассницы, сели за руль — мне сразу хочется бежать в метро и избегать наземного транспорта.

Именно поэтому на половине перекрестков мне хочется выпить волшебный коктейль из корвалола, пустырника и валерьянки. А что еще вы хотите от женщины, чья любимая книга — настольный медицинский справочник Фельдшера, м???

У Сашки на «приеме» по стечению обстоятельств в виде отъезда Женьки в Китай я столкнулась с Сашей № 2, то есть временной пассией Друга из Бронкса.

Она была обходительна и мила. Высокая стройная брюнетка, с сильными руками, волевыми кистями и обворожительной улыбкой. Она тоже была настоящей. Ох уж эта любовь Друга из Бронкса к периферийным взглядам.

— Привет, я Маша!

— Я так и поняла!

Сашка лежал в больнице на обследовании уже третий день. Никаких болезней у него не нашли, кроме сдвига по фазе, то есть невралгии, которая есть у всех. Врач пытался объяснить Сашке, что тот ничем не болен. Но ему этот вариант категорически не нравился.