Ресан перевел взгляд на четыре неподвижных тела. Вот так, в легкую... Мелькнула мысль, что защитник мог оказаться куда более опасен и непредсказуем, чем четверка наемников.

– Значит, говоришь, мальчишка твой?
– продолжил между тем капитан.

– Мой, - согласился незнакомец.

– Ну и хорошо, - кивнул капитан, разворачиваясь. Одно из тел между тем шевельнулось вполне осознанно, в руке блеснула сталь. Рыжий. Он лежал как раз за спиной защитника, провожающего капитана взглядом, и теперь вскочил, готовясь нанести удар. Ресан открыл рот - крикнуть предупреждение - но не успел: защитник резко повернулся, пинком выбив нож и одновременно, похоже, сломав наемнику руку. По крайней мере, заорал тот громко.

Защитник ударил рыжего еще раз. Отступил назад от рухнувшего тела, окинул внимательным взглядом остальные три и повернулся к юноше.

– Встать сможешь?

Ресан посмотрел на защитника, не зная, чего ожидать, и какой ответ наилучший.

– Не знаю, - проговорил неуверенно, и тихо пожаловался.
– Больно.

Мужчина кивнул и протянул руку, помогая подняться.

– Ты и впрямь здесь один?

– Нет, - Ресан торопливо мотнул головой.
– Я здесь с... с другом. Он наверху.

– Пойдем, провожу тебя до комнаты. И до завтрашнего утра постарайся вниз не сходить. Думаю, наемники уберутся уже вечером, но на твоем месте я бы не рисковал.

– Да, тар, - послушно ответил Ресан. Идти получалось медленно, ноги казались неподъемно тяжелыми, а к животу, куда пришлись удары, он прижал ладонь. Так казалось менее больно.

– Тарэс, - небрежно поправил его мужчина.

– Да, тарэс, - повторил Ресан и добавил.
– Спасибо, что заступились.

– Мне это ничего не стоило, - рассеянно отозвался тот. Ресан украдкой взглянул на мужчину, лицо которого вновь стало задумчивым, хотя не таким мрачным, как прежде.

– Они... они хотели...
– выговорил юноша, и оборвал себя, только теперь четко осознав, от чего его избавил этот человек.

– Тебе нужно быть осторожней, - спокойно сказал тот.
– Выйти в зал, полный наемников, с твоей внешностью, - это напрашиваться на неприятности.

– Но я не знал...

– Теперь будешь знать, - карие глаза смотрели на Ресан серьезно, но без упрека.
– Сегодня и здесь оказался я, и я тебя пожалел. В следующий раз может не повезти.

Ресан отвернулся, сглатывая набегающие слезы. Разреветься тут - вот будет позор. Для парня - позор. Впервые за много недель хотелось вернуть свой настоящий пол, имя и внешность. Чтобы можно было плакать открыто, требовать к себе особого обхождения и не бояться показать слабость... Предлагал ведь дед сделать личину проще, неказистей. Но нет, уперлась. "Я не буду уродом". Дура, как есть дура. Правильно брат тогда сказал...

– Все обошлось, мальчик, - сказал мужчина, когда Ресан повернулся к нему. Взгляд защитника смягчился, мелькнуло сочувствие.
– Все обошлось.

Ресан судорожно сглотнул и кивнул. Взять себя в руки. Не раскисать.

Из-за двери как раз появилась служанка с тазом исходящей паром воды в руках, с зажатыми подмышкой сухими стираными тряпками, и юноша осознал, что времени вся история с наемниками заняла совсем немного. Вряд ли дольше десяти минут.

Женщина с неодобрением посмотрела на бледного парня, отчего-то прижавшего руку к животу. По лицу служанки легко читалось: люди, за столь короткое время умудрившиеся попасть в неприятности, на ее уважение рассчитывать не могут.

– Держи, - она протянула Ресану таз.
– Неси болящему.

– Тарэса, - сказал защитник, молча стоявший рядом.
– Мальчик не в состоянии.

– А я тут при чем?
– возмутилась женщина.
– У меня свои дела.

Мужчина ничего не ответил, только посмотрел на служанку, чуть приподняв брови. И что бы она ни увидела в его глазах, возражений с ее стороны больше не последовало.

*****

Дверь, в ожидании Ресана, Венд оставил не запертой. Сейчас воин стоял в дальней части комнаты, разоблачившись по пояс и рассматривая прорехи в рукаве рубашки, оставленные стрелой. Шаги, донесшиеся из коридора, заставили бросить одежду. Мужчина, поморщившись, наклонился и взял в левую руку длинный боевой нож, до того лежавший на кровати. Он ожидал одного человека, но услышал шаги нескольких.

Первой внутрь вошла служанка с усталым лицом, молча поставила таз с водой на единственную в комнате тумбу, положила рядом тряпки и так же молча вышла. Следом в дверях появился Ресан, порадовав спутника нездоровой бледностью, покрасневшими припухшими глазами и неловкими движениями избитого человека.

– Что стряслось?
– поразился Венд.

– Неприятности, - ответил за парня незнакомый человек, тоже входя внутрь. При виде Венда его глаза чуть расширились, будто узнавая, движение на долю мгновения сбилось.

Венд всмотрелся в лицо человека, пытаясь понять, откуда тот его знает. Память упрямо молчала. Внешностью чужак обладал самой обычной, южнее Радоги так выглядит каждый второй: темно-русые волосы, карие глаза, смуглая скорее от загара, чем от природы кожа, обычное, довольно приятное лицо. Да еще россыпь веснушек на носу. Контрастировало с довольно крестьянской внешностью только обилие оружия. Деревенский парень, подавшийся в наемники и неплохо преуспевший? Не растерявший при этом природного благодушия и еще не получивший коллекцию шрамов?