— Ладно, давай что-нибудь поесть закажем. Ты что будешь?

— Что-нибудь легкое, диетическое, — тихо промямлила я, хотя аппетит у меня разыгрался просто зверский.

— Ясно, фигурку бережешь. Значит, салатик. — Фокин поднял руку и щелкнул пальцами, подзывая официантку. — Так: девушке легкий диетический салатик, а мне отбивную с картошкой фри. Ну, и еще какие-нибудь закуски, на твой выбор.

— Что пить будете? — спросила девушка в кружевном переднике.

— Водку пить мы не будем, пиво тоже. А вот винца выпить можно. Да, Таня?

— Да, — согласилась я, — белое, пожалуйста.

— Нет: красное, — опроверг Фокин, который даже и не стремился чем-то угодить мне, чтобы понравиться. Более того: в каждом его слове и жесте я ощущала по отношению к себе недоброжелательность и насмешку.

— Ясно: девушке — белое, а вам — красное, — тут же нашла компромисс улыбчивая официантка и ушла выполнять заказ.

— Ну что, Таня, и давно ты частным детективом работаешь? — продолжил допрос капитан.

— Около года.

— Ну и как, получается? — осведомился Павел, при этом на его губах появилась еле заметная усмешка.

— Пока получалось, но такое дело у меня впервые.

— Какое — такое?

Я осмотрелась по сторонам и сказала шепотом:

— Расследование убийства!

Фокин откровенно ухмыльнулся и спросил:

— И кто ж тебя нанял?

А вот этого вопроса я ждала! Буквально все интересовались, на кого я работаю, так почему же Павлик должен стать исключением?

— Я не могу вам этого сказать, — компетентно заявила я и поправила маленькие очки-слезки. — Это моя профессиональная тайна.

— Понятно, у меня таких секретов тоже полным-полно. Но тебе-то до них нет никакого дела, мы ведь сюда просто поужинать пришли. Вот, уже несут твой фруктовый салатик, — усмехнулся Фокин.

Я поняла: хоть Павел и желчный тип, но неплохой психолог. Дал понять — если я не буду с ним откровенной, он тоже ничего мне не скажет. Изводить друг друга загадками — такое в мои планы не входило. Естественно, я не рассчитывала и на то, что Павлик тут же мне во всем признается. Моя игра была многоходовой. Эх, Таня, смотри, не заблудись в этом лабиринте!.. Уж постараюсь.

— Ну что, Таня, выпьем за знакомство? — Павел подался вперед, и его лицо оказалось в неприятной близости к моим глазам.

— Выпьем! — Я подняла бокал.

Мы чокнулись, наши глаза при этом встретились. Я усмотрела во взгляде Павла холодок отчуждения. Конечно, я привыкла нравиться мужчинам, но этот типчик на меня явно не запал. У него был ко мне интерес совсем иного рода. Дольский следователь пытался прощупать, что известно мне и официальному следствию по делу об убийстве Анны Шевельковой. Прямо он спросить об этом не мог, поэтому подходил к сути дела издалека.

— А вот мне интересно: большая зарплата у частных детективов? — поинтересовался Фокин, разрезая отбивную.

Я поняла, что этот вопрос задан им отнюдь не из праздного любопытства. Наверняка Павлик пытался вычислить, кто мне платит.

— Оплата зависит от опыта. У меня его пока что маловато. — Я скромно улыбнулась.

— Ничего, опыт — дело наживное. Вот это дело раскрутишь, будет чем похвастаться, — сказал Фокин, не поднимая глаз и без единой сентиментальной нотки в голосе.

«Конечно, будет, — подумала я. — Но ты-то, наверное, уверен, что я не сумею раскрутить это дело».

— Да, надеюсь, что у меня в конце концов все получится. А вы, Павел, поможете мне? У вас-то наверняка опыта побольше!

— Рад бы помочь, но не знаю, что тебя конкретно интересует. Какие у тебя на данном этапе имеются проблемы? Впрочем, ты говорила, что хочешь попасть в психушку?

— Павел, вы знаете, я там уже была. Побеседовала с лечащим врачом Пивневой и поняла, что разговаривать с Александрой Федоровной бесполезно. Она действительно тяжело больна. Надо идти другим путем.

— Да? Ну, тебе видней. Танюша, ты давай без церемоний, не надо мне «выкать». Ладно?

— Хорошо, — сказала я, доедая фруктовый салат. — Если честно, меня вот что интересует: правда ли, что два года тому назад Анна была виновницей одного дорожно-транспортного происшествия? Я слышала, что якобы на самом деле она была за рулем и наехала на Василия Пивнева…

— Правда, все так и было, — не раздумывая, ответил Фокин.

— А вы… ты точно это знаешь?

— Я вел это дело, — не стал скрывать следователь.

— Да? Значит, мне повезло!

— Возможно.

— Но если Анна была виновна в смерти человека, почему… — Я не успела сформулировать до конца свой наивный вопрос: Фокин сделал мне знак, чтобы я умолкла.