– Но некоторые грузы уходят напрямую Каалдре, – добавил Таннис, набрасывая план-схему базы. – И этот корабль должен был стать одним из таких. Его рискованно было приводить на Геппарин.

– Ну, это Шакко виноват. Нужно было сдаваться, как я ему предлагала, а не гибнуть со всеми данными, – заметила Мара.

– Можешь считать виноватым кого угодно, но дело дрянь, – предупредил Таннис. – Надеюсь, твои хлопцы – хорошие вояки и не начнут палить, когда не надо.

– Капитан Оззель мог дать только лучших, – заверила его Мара, очень надеясь, что так оно и есть. Зная ИСБ, можно было предположить, что Соморил подобрал пару самых ненужных ему людей. – Сколько человек обычно находится на базе?

– Это зависит от количества кораблей там. Всего около тридцати человек находятся на базе постоянно, но если учесть тех, кто приходит на разгрузку, то это число можно удвоить.

– Как думаешь, сколько там сейчас кораблей?

Таннис покачал головой:

– Каалдра и Командор привёл в то гнездо так много других банд, что я могу гадать так же, как и ты.

Мара кивнула. Видимо, придётся выяснять уже на месте.

– Надеюсь, Каалдра понимает, что такая огромная банда просто напрашивается на вмешательство Шелконвы и Центра Империи?

– От Каалдры больше шума, – презрительно заметил Таннис. – Шума и кредитов.

– Не знаешь, сколько он уже спустил на всю операцию?

– Ни в зуб ногой. Но не меньше, чем от одного до пяти миллионов на каждую группировку, которую он вербует, плюс ещё бонусы, если у них есть корабли, особые навыки или ещё что-нибудь.

А мофф Гловсток растратил от шестисот до восьмисот миллионов кредитов Империи за произведения искусства, найденные Марой у него в сейфе. В зависимости от того, сколько из этого успели «освоить» Каалдра и «Кровавые шрамы», счёт идёт на больше сотни пиратских банд.

И все – в одном секторе галактики. И чем им так понравился этот сектор?

– Ну, Командор-то должен всё знать, – сказала Мара.

– Вопрос только в том, как ты из него это вытянешь, – фыркнул Таннис.

– Ничего, вытянем.

Геппарин представлял собой холодную и тёмную планету, вращающуюся вокруг красной звезды в компании ещё двух планет: небольшой жёлтой звезды и яркой сине-белой. Таннис аккуратно проложил маршрут между двумя яркими звёздами и уже подлетал к планете, как случилась первая накладка, весьма гражданского характера, что неудивительно.

– Прибывающий рендилийских фрахтовик, говорит центр управления полётами Геппарина, – сказал вежливый голос. – Сообщите, кто вы и от какой транспортной корпорации.

– Эй, Каппер, да это же я, Таннис! – ответил Таннис. – Командор там?

Последовало краткое молчание.

– Что ты там делаешь, Таннис? – спросил Каппер, теперь уже не так вежливо. – Где Шакко?

– Остался на «Кавалькаде», у него там дела какие-то, – Таннис скосил взгляд на Мару. – У нас будущие союзники на борту.

– Будущие союзники? – зловеще переспросил Каппер. – Хочешь сказать, притащил их сюда, а они ещё могут заартачиться?

– Они включили лазерные пушки, – буркнул Брок со станции датчиков позади Мары.

– Где? – тихо спросила Мара.

– На полпути к буровым вышкам, – он указал на замысловатую сеть зданий и вспомогательных строений на главном экране.

– Эй, Каппер, остынь! – уговаривал диспетчера Таннис. – Они очень хотят к нам присоединиться, уж поверь. Просто пусть сначала обкашляют некоторые детали.

– Ладно, обкашляем, – ответил Каппер. – Площадка восемь. Не опускайте трап до прихода встречающих.

Связь щёлкнула и отключилась.

– Какие там внизу корабли? – спросила Мара.

– Помимо пяти небольших кораблей-рудовозов, я вижу два фрахтовика, – доложил Брок. – Похоже, оба пиратские.

– Так и есть, – сухо подтвердил Таннис. Ему больше не нужно было играть, и в его голосе опять зазвучало напряжение. – Судя по размерам, на каждом от пятнадцати до двадцати человек экипажа. То есть, всего на базе может быть около семидесяти пиратов.

– Что он имел в виду под «встречающими»? – мрачно спросил Гиллинг.

– А ты чего хотел: открытых дверей и ключей от дома Командора? – огрызнулся в ответ Таннис. – Они вам не верят. Я бы тоже не поверил, если бы сидел на месте диспетчера.

– Успокойтесь вы все, – приказала Мара. – Мы выйдем без оружия и убедим их, что мы белые и пушистые.

– В каком смысле «без оружия»? – спросил Гиллинг.

– В прямом. Без оружия, без оборудования, которое могут принять за оружие, без устройств, которые можно превратить в оружие.