— Знакомая история. Но ты нравишься мне как раз без помады.

О, вот это ответ. У него наверняка много знакомых девчонок — конечно, в школе.

— Чашечку кофе? — спрашивает Франк.

— Да что ты. Я не привыкла.

— А мне нужно. И тебе тоже. Я же все понимаю.

— Чего только ты не понимаешь!

— Ну, — отвечает Франк, — мне бы хотелось понимать тебя еще лучше.

— Не разберусь я что-то, — говорит Катрин.

— Все еще впереди, — обнадеживает ее Франк и заказывает два кофе.

Пока им приносят заказ, они обмениваются двумя-тремя словами. Кофе согревает, он пришелся Катрин по вкусу. Надо только положить много сахару в этот темно-коричневый напиток.

Катрин чувствует на себе внимательный взгляд Франка, ей нравится сидеть с ним в кафе. Она ему это и говорит.

— Каникулы только начались, — отвечает Франк, — мы не раз здесь посидим. Или еще где-нибудь, как ты захочешь. На следующей неделе мои родители уезжают в горы. Весь дом остается мне.

«Следующая неделя, — думает девочка, — до нее осталось всего три дня».

— На следующей неделе я уезжаю, — говорит она.

Франк резким движением ставит чашку на блюдце.

— Неправда.

— Нет, правда, — подтверждает Катрин и рассказывает Франку об увлеченности отца, о том, что они каждый год зимой ездят в домик на озере.

— Каждый год в один и тот же домик? А это не скучно?

Никогда им не было скучно. Да, это всегда один и тот же домик, один и тот же лес, одни и те же лесные тропы, по которым они бродят. И все-таки им никогда не было скучно. И оттого она правдиво отвечает:

— Я никогда там не скучала.

— Это далеко от Берлина? — спрашивает Франк.

— Не слишком.

— Я навещу тебя, — объявляет Франк, — я приеду на мопеде. А если нельзя на мопеде, так автобусом, или поездом, или пешком. Уж как-нибудь да доберусь.

Катрин пугается, вспоминает их домик и чувствует, что для Франка он не очень-то подходит. Объяснить этого она не может, но чувствует, что должна отговорить его от поездки.

— Ты не можешь туда приехать. Найти домик трудно, и вообще…

— Что значит — вообще, — вспылил Франк, — ты не хочешь, чтобы я приезжал?

— Да, не хочу.

Франк, играя кофейной ложечкой, говорит:

— А ты не слишком-то церемонишься.

— Такая уж я есть, тебе придется привыкать.

— Это не плохо, — считает Франк, — только одно — жаль той недели. Мы бы многое могли предпринять. Я знаю дискотеку, в нее стоит сходить.

— Мимо цели, — отвечает Катрин, — моя нога.

— Ах да, — кивает Франк, — как это я забыл! Чудно, именно я.

За окном на улице мелькают желтые вспышки — это проходят первые снегоуборочные машины. Катрин и Франк обмениваются все более односложными репликами.

— Мне нужно домой, — внезапно говорит Катрин.

Франк озабочен:

— Ты переутомилась?

— Все-таки я еще не совсем здорова.

— Ну, ясное дело. И в таком состоянии ты хочешь ехать в лес? Твой отец не может взять на себя такую ответственность. А если там из-за чего-нибудь наступит ухудшение? Что тогда?

— Об этом я тоже думала, — говорит Катрин.

Ей ехать не хочется. Но рана тут не играет никакой роли.

— Слушай, давай выпьем еще кофе, — предлагает она, — но плачу я.

— Вот это дело, — Франк отправляется к официантке.

Катрин смотрит ему вслед. Ей нравится, как держится Франк. Мальчишки из ее класса зачастую бывают жутко неуклюжие. Не знают, куда деть руки, как поставить ноги.

От непривычно крепкого кофе у Катрин сильно стучит сердце. Но не только от кофе. Она знает: ей хочется почаще встречаться с Франком.

Когда они собираются уходить и Катрин хочет заплатить за кофе, оказывается, счет уже оплачен. Франк улыбается:

— Ты только официантке создала бы трудности.

— А ты меня не принимаешь всерьез, так не годится. — Катрин раздосадована.

Франк удивленно смотрит на нее:

— Ладно, это я запомню.

Франк провожает Катрин домой.

Они входят в подъезд, обметают друг с друга снег. Катрин стягивает с головы капюшон и встряхивает волосы. Снег на ее лице обращается в капельки воды.