«Может они ей дали ту дозировку психотропных веществ, от которой она попросту забудет, что было сегодня? – неожиданно подумал он. – Или… Не может быть!»

Страшная догадка заставила посмотреть на Марту повнимательнее:

– С тобой кто-нибудь говорил?

– Бог.

– Я серьезно, – двери лифта открылись, и он увлек ее в коридор. – Виктор спрашивал тебя о чем-нибудь?

– А чем, по-твоему, мы могли заниматься целый час после проповеди?

– Так ты не сразу позвонила мне? – опешил он.

Она покачала головой:

– Виктор пригласил меня в небольшое кафе, чтобы отметить мое посвящение в адепты…

– Какое посвящение? – Матвей вставил ключ в замочную скважину и открыл дверь номера. – Ты мне об этом ничего не говорила.

Марта встала у порога, внимательно глядя ему в глаза, потом вырвала руку:

– Тебе ко мне нельзя!

– Что? – Матвей оглянулся по сторонам. Коридор был пуст. Он втолкнул Марту в комнату: – Раздевайся.

– Тебе нельзя больше со мной спать! – ошарашила она. – Ты не нашей веры…

– Так, – протянул он, опускаясь на кресло. – А с кем тебе можно?

– С Виктором теперь можно, с тобой нет. Грех.

Некоторое время Матвей молчал, глядя на пытавшуюся стать чужой женщину.

«А если ей «жука» подсадили? – возникшая в голове мысль неожиданно заставила прокрутить в голове весь разговор. – Как я мог не предусмотреть такого развития событий?» – с досадой подумал Матвей, вспомнив, что в кафе он упомянул Званцеву и цель их с Мартой поездки в этот город.

– Чем сейчас будешь заниматься? – заранее зная, что после таких встрясок организм начнет требовать отдыха, спросил Матвей.

– Спать, – Марта зевнула. – Уходи.

– Уйду, – заверил ее Матвей и встал: – Позволь помочь? Или тоже нельзя?

Расстегивая на куртке «молнию», она повернулась к нему спиной.

Он снял ветровку, незаметно обследовав карманы. Чисто.

– Тебе ничего не дарили в честь вступления в адепты? – на всякий случай спросил Матвей.

– Это я дарила, – он повернулась, слегка пошатнувшись, но тут же восстановив равновесие, ткнула себя в грудь. – Пятьдесят тысяч рублей. Они не хотели брать, но я, – Марта вытянула руку ладонью вниз, – на краешек сцены положила с остальными конвертами…

Арчи дочитывал речь, которую должен был в скором времени прочесть перед посвященными, когда в дверь постучали и на пороге вновь возник Гамов. Достаточно было только взглянуть на инвалида, чтобы догадаться, на этот раз действительно произошло что-то из ряда вон выходящее, но все же Арчи решил подшутить над ним:

– Что, по телевизору объявили новую дату конца света?

– Я разговаривал с Лукой, – ковыляя к стулу, заговорил Гамов. – Этот псих стал каяться, что дал рекомендацию человеку, который приехал сюда с целью нашего разоблачения.

– И, конечно, им оказалась женщина, о которой мы с тобой говорили, – догадался Арчи.

Вместо ответа Гамов кивнул. Лицо его приобрело за несколько часов синюшный оттенок, а волосы на голове лоснились от пота.

– Чувствую, это не все, – Арчи опустил крышку ноутбука и положил локти на стол.

– С новичками беседовала Скарлет, и эта тварь была как раз там. Мы обманом заманили ее в раздевалку…

– И толпой изнасиловали, – Арчи прыснул со смеху.

– Зачем? – удивленно захлопал глазами Гамов. – И почему ты смеешься?

– Просто представил раздевалку и тебя без штанов и без протезов, – сквозь слезы выдавил Арчи.

Гамов проглотил обиду и, дождавшись, когда тот успокоится, продолжил:

– Этот Лука смог ввести ее в состояние гипнотического сна и допросить.

Лицо Арчи сделалось серьезным:

– Снова журналисты?

– Это друзья Званцевой…

– Той самой, которую ты не добил? – взгляд Арчи сделался колючим. – Сколько их?

– Марта и Матвей.

– Коллеги?

– Нет, – Гамов потянулся к бутылке с минеральной водой, но под конец передумал и уронил руку на стол: – Он не то бывший военный, не то мент. Она врач.

– Странная парочка, – задумчиво проговорил Арчи. – Это точно?

– Ну мы что, никогда не работали с такими? – обиделся Гамов.

– Как они узнали? Журналистка успела им рассказать? Значит, не исключено, что есть еще кто-то! Я же просил сделать так, чтобы умерли все, кому хотя бы гипотетически она могла рассказать о нас.

– Для этого надо было вывезти Званцеву за город и там… – он сжал кулаки.

– Чего не вывезли?

– Мы ее слушали, она даже своему оператору сказала, будто в Екатеринбург ездила к родственникам. Вот и решили, что, кроме нее, больше никто ничего не знает.