«А вдруг меня снова увлечет страсть, и я превращу эту милашку в окровавленную куклу?» – неожиданно подумал он.

Отчего-то на этот раз ему стало страшно.

Двери распахнулись, и на пороге появился собственной персоной Григорий Яковлевич, человек, чье кресло Арчи сейчас бессовестно занимал.

– Добрый день, – расплылся в слащавой улыбке директор.

Арчи лишь кивнул. Он даже не приподнялся из кресла. Из-за непомерных цен спортивный комплекс большей частью пустовал, а он заплатил за аренду хорошие деньги и теперь чувствовал себя в чужом кабинете, как в своем собственном.

– Я вот по какому вопросу пришел, – Григорий Яковлевич осторожно выдвинул стул, на котором утром сидела журналистка «Огней Урала», с затаенным страхом посмотрел на Арчи и сел.

– Можно побыстрее? – решив, что директор пришел сообщить, что пересмотрел в одностороннем порядке порядок и размеры оплаты аренды, поторопил Арчи. – У меня сейчас встреча.

Однако, как выяснилось, причина была в другом.

– Вы меня извините, со своей стороны я к вашей организации никаких претензий не имею, – директор затравленно оглянулся на двери и, заговорщицки наклонившись к Арчи, тихим голосом продолжил: – Утром ко мне домой приходили два странных человека. Один помахал перед носом раскрытым документом в красной корочке. Однако по причине слабого зрения я не смог разобрать, чье ведомство он представляет. Могу сказать одно: второй, тот, что поменьше, обращался к нему по имени-отчеству и не иначе как Леонид Васильевич.

– И что? – делая вид, будто ему абсолютно безразлично, кто совал под нос директору удостоверение, со скучным видом вздохнул Арчи.

На самом деле внутри все напряглось, а по спине пробежал неприятный холодок. Он догадался, что это были за посетители, и понял, чего они хотели от Григория Яковлевича.

– Я знаю, вы ничего противозаконного в этих стенах не совершаете, – он почему-то посмотрел на потолок и снова уставился на Арчи. – Но вот они озабочены тем, что я пошел вам навстречу.

– Не пошли бы вы, пошел бы кто-то другой, – Арчи отвернулся к окну, за которым ярко светило солнце. – С помещениями, подобным вашему, проблем в городе нет.

– Вы не поняли меня, – еще тише заговорил директор. – Эти люди пытались вынудить меня пронести с собой небольшое записывающее устройство и установить так, чтобы оно фиксировало все происходящее в зале…

– Почему отказались? – Арчи перевел на него взгляд.

– Не знаю, – пожал плечами директор. – Да и охрана у вас здесь. – Он поежился. – Как посмотрит, словно рентгеном просветит.

Размышляя, каким теперь путем пойдут представители ФСБ, чтобы установить над ним контроль, Арчи передернул плечами:

– Мы не любим, когда в наши дела суют носы кто попало.

– Правильно, – часто закивал директор.

Неожиданно Арчи показалось, что гость чего-то недоговаривает, но между тем это нечто тяготит его.

– Вы не все мне сказали, – он уставился ему в глаза.

– Не все, – наконец признался директор и полез в карман пиджака.

Арчи решил, что тот сейчас выложит перед ним миниатюрную камеру. Однако директор вынул носовой платок, тщательно вытер лоб, снова сунул его обратно.

– Так что вы хотели мне сказать? – начал терять терпение Арчи.

– Я в принципе не отказал им, и эта штука лежит сейчас у меня дома.

– Так, – протянул Арчи, размышляя, как использовать столь щедрый подарок в своих интересах. – А почему вы ее не принесли?

– Леонид Васильевич сказал, что сначала я должен под каким-либо предлогом просто пройти к вам. Он опасался, что на входе меня обыщут. Если охрана пропустит без досмотра, то завтра навестить заведение уже с ней.

– И куда они рекомендовали ее установить?

– На галерке…

– Где, простите? – не понял Арчи, у которого нередко вызывали затруднения русские слова, имеющие двойное значение.

– На втором ярусе, над верхним рядом кресел, имеются ниши, – директор сложил указательные и большие пальцы рук и посмотрел на Арчи в образовавшийся круг: – Примерно такого размера. Туда надо просто всунуть, и все. У нее большой угол обзора…

– Хорошо, – кивнул Арчи. – Чтобы у вас в последующем не было проблем, делайте, как он сказал. Ничего противозаконного мы здесь не совершаем.

Едва директор ушел, как на пороге наконец возник запыхавшийся Гамов.

– Ты что, на протезах уже бегаешь? – удивился Арчи.

– Хожу, – утирая со лба пот, выдохнул Гамов. – Просто тяжело…

– Извини, – дожидаясь, пока помощник придет в себя, Арчи с задумчивым видом стал перебирать четки.

– Что-то случилось? – наконец спросил Гамов.

– Помнишь психотерапевта, который проводил год назад у нас тренинги? – Арчи выжидающе уставился на Гамова.

– Виктор Лукин, – кивнул Гамов и оттянул ворот рубашки. – Кличка Лука. Он сегодня ко мне подходил.