– Ты знаешь, что часть средств, на которые существует организация, идет в том числе и от реализации паленой водки? – на глазах хмелея, спросил Гарпун.

– Я не вижу в этом ничего предосудительного, – пожал плечами Лентяй. – Ведь ее пьют непосвященные, от которых надо очистить мир.

– А ты хорошо подкован, – восхитился Гарпун. – Только начал ходить на проповеди, и на тебе. На лету все схватываешь!

– М-мм, – раздалось из-под стола мычание Камыша.

– Тогда скажу по секрету, – Гарпун слегка наклонился к Лентяю. – По мере возможности мы приучаем изгоев к наркотикам…

– Можно, я выйду? – пропищала из-за шкафа девушка, про которую уже оба забыли.

– Вали, – разрешил Гарпун.

Прикрывая руками грудь и низ живота, девчушка прошмыгнула в коридор.

– Они тоже из наших? – проводив взглядом промелькнувшие мимо ягодицы с красным кругом в районе крестца от долгого сидения на полу, спросил Лентяй.

– Нет, – покачал головой Гарпун.

– С чужими вроде как тоже не приветствуется, – прислушиваясь к доносившейся из-под стола возне приходившего в себя Камыша, удивился Лентяй.

– Мы их баб можем, а они наших нет, – пояснил Гарпун.

– Значит, в массажных салонах и саунах у вас гастарбайтеры! – повеселел Лентяй, однако тут же сник, вспомнив, под каким соусом ему подали Зайку.

– Не у вас, а у нас, – между тем поправил его Гарпун. – Это первая ступень посвящения. Они на ней и останутся…

«Что-то вы, парни, совсем мне голову закружили, – лениво подумал Лентяй. – Пены многовато. Похоже, меня разводят здесь, как лоха последнего, а я ведусь».

Над столом появилась голова Камыша:

– Вот блин, укушался…

– Да не то слово, – обрадовался его появлению Гарпун.

– Вы давно пришли? – сморщился Камыш.

– Час назад, – догадавшись, что нокаут и сон начисто стерли в голове Камыша все воспоминания о конфликте, сказал Лентяй.

Гарпун стал ерзать на стуле, пытаясь достать из кармана зазвонивший телефон. Наконец ему это удалось. Он глянул на определитель, удивленно хмыкнул и приложил трубку к уху:

– У аппарата…

По мере того, как до него доходил смысл фраз, произнесенных собеседником, лицо Гарпуна трезвело и постепенно принимало испуганно-удивленное выражение.

– Что, из-за Микеланджело что-то? – попытался угадать Лентяй, когда Гарпун опустил руку с телефоном на стол.

– Хуже, – одними губами проговори он. – Нас требует к себе Наставник.

– Так поехали! – обрадовавшись, что появился предлог оставить этот вертеп, Лентяй выжидающе уставился на Гарпуна.

– С ним? – он выпрямил руку в направлении Камыша. – Он же еле на ногах держится!

Лентяй приуныл. Действительно, Гарпун сейчас найдет кучу причин, чтобы не попасться на глаза Арчи Вайту.

– Значит, не поедем? – уточнил он.

Гарпун неопределенно пожал плечами.

– Кто-то совсем недавно говорил, что нам все можно, – со злостью напомнил Лентяй.

– Ты что, умный такой, да? – Гарпун медленно поднялся со стула и навис над Лентяем, но тут же выпрямился, по-видимому, вспомнив, как тот одним ударом вышиб у Камыша память: – Едем вдвоем, ты трезвый, я немного выпил. Может, не заметит.

Как выяснилось, их не просто ждали. Администратор Арчи Вайта, рослый и плечистый Коростылев Сергей Борисович, по кличке Костыль, лично встретил Гарпуна и Лентяя у входа в спортивный комплекс.

– Колись, Гарпун, что нужно сделать такого, чтобы Наставник не начинал до твоего приезда проповедь? – спросил администратор.

– Наждак зубами остановить, – Гарпун хоть и пробовал шутить, но выглядел взволнованным.

– Фу! – администратор сморщился и помахал ладонью перед лицом. – Ты что, бухал?

Вместо ответа Гарпун направился к входной двери. Костыль провел их вдоль стены, оттесняя набившийся в зал народ, и поставил практически у самого подиума, собранного из профиля и пластиковых панелей. Это была так называемая походная сцена, которую можно было быстро установить в любом месте. Когда Арчи Вайт выступал на стадионе, ее собрали в центре футбольного поля.

– Может, мы на галерку? – умоляюще посмотрев на администратора, спросил Гарпун.

– Велено здесь быть, – на старинный лакейский манер ответил администратор и встал сзади них, отрезав пути к отступлению.

Освещение в спортивном зале было устроено не так, как в тех местах, где они собирались раньше. Он не гас, медленно погружая собравшихся в темноту и создавая иллюзию быстро надвигавшейся ночи. Просто стали раздаваться щелчки реле, за которыми следовало выключение похожих на софиты, но менее мощных ламп, рядами установленных под потолком и на стенах. Когда стало темно, мощный луч света словно материализовал уже стоявшего на подиуме Арчи Вайта. В небесного цвета балахоне, он совсем не походил на того американца, который накануне хладнокровно расправился с четырьмя крепкими парнями. Воздух содрогнулся от восторженного рева и визга сотен глоток. Поддаваясь общему порыву, заорал и Лентяй, отчетливо слыша и ощущая над самым ухом перегар Гарпуна.