Шрифт:
Странно.
Он лежал на животе, глядя на поляну.
Ее окружали высокие сосны.
Высокие высохшие сосны.
Шшшшшип!
Вспышка.
Взрыв.
Дерево падает как подрезанное.
И мощная горячая волна, от которой встает влажный пар, проносится по поляне.
Электрический разряд.
Это была последняя мысль, пронесшаяся в помрачившемся сознании Джейка. Он отключился.
4
КРАК!
КРАК!
Ружейная пальба.
Засада.
К орудию!
Выстрели, а потом спрашивай.
Не беспокойтесь, полковник Уэймут. Я здесь. На этот раз вы не проиграете.
Не быть тому.
КРААААААК!
Грохот привел в чувство Джейка.
От него раскалывалась голова.
Он вскочил.
И врезался головой во что-то деревянное.
Ай!
Все тело ломит. Будто его со всего размаху шмякнуло о каменную стену Пальцы сжались помимо воли.
Я сейчас умру.
Джейк со стоном выкарабкался из-под хижины.
Ноги с трудом держали его, и он прислонился спиной к дощатой стене.
Тряхнув головой, он пытался сфокусироваться на чем-нибудь. В глазах все плыло в серовато-голубом тумане.
Трава.
Стволы сосен.
Сквозь их вытянутые ветви пробивалось вышедшее из-за туч солнце.
Ливень прекратился. Моросило. Земля начинала подсыхать.
Упавшее дерево лежало поперек поляны. Неровный пень, белея, торчал у конца ствола.
От пня дорожка черной вывороченной земли вела к лачуге. Прямо к тому месту, где лежал Джейк. Словно тень рухнувшего дерева.
Молния ударила в дерево и прошла прямиком ко мне по мокрой траве.
А я жив.
Сколько времени прошло? День? Неделя? Год?
Джейк глянул на часы. 3:17. Полтора часа. И всего-то.
Он ушел в самоволку.
Байрон не знает, где он.
КРАК.
Джейк замер. Звук повторился.
Выстрел. Ему не приснилось.
Реальный.
Где-то за спиной. Из-за гребня холма.
Он оглянулся через плечо. Там вдали поднималось облачко серовато-голубого дыма.
Вперед. Надо посмотреть!
Джейк повернулся и начал карабкаться по холму.
У самой вершины он стал различать голоса. Слабое ржание лошадей. Клацанье железа о железо. Еще выстрел.
Упав на колени, он высунул голову над гребнем холма.
Внизу расстилалась довольно широкая лощина, здесь и там поросшая кустарником. В центре ее открылось зрелище, от которого у Джейка невольно остановилось дыхание.
Взору его предстал большой военный лагерь из палаток, тянувшихся вдоль бревенчатых хижин. Повсюду суетились люди. Кто тащил какие-то ящики, кто водил в поводу коней, кто чистил винтовки.
Люди в синей форме.
Тропа мертвецов.
Вот она где!
Вот где съемочная площадка.
Слева, на противоположном конце лощины, шеренга солдат проводила учение, стреляя по железному ведру, поставленному поодаль на пень. Прямо под Джейком вокруг лагерного костра сидела группа других солдат и чистила ружья. Все шутили и беззаботно смеялись.
Из палатки вышел дородный мужик в запачканном фартуке. В руках он держал огромный кусок мяса, с которого капала кровь.
— Сегодня с бифштексами, шеф? — окликнул его один из солдат.
— Последний, — хмыкнул повар. — Завтра будем поститься.
Все точно.
До малейших деталей.
Совсем как на рисунках и фотографиях.
Все наши разыгрываемые сцены из Гражданской войны и в подметки этому не годятся.
Джейк оглядывался по сторонам в поиске кинокамер. Электрокабелей. Осветительной аппаратуры.
Ничего и в помине не было.
Откуда следовало, что они еще не приступили к съемкам. Стало быть, это что-то вроде пробы. Репетиция.
И ничего из нашего времени, что следовало бы спрятать от глаз подальше.