Он потащил её, одновременно размышляя, можно ли выжить, если прижаться к стене. Однако места вряд ли хватит. Даже если поезд не заденет их, он собьёт лошадь. А если он сойдёт с рельсов? Тогда погибнут десятки людей.

— Какой это поезд? — спросил Алекс. — Пассажирский?

— Да, — в голосе Фионы слышались слёзы. — Это Virgin, идёт в Глазго.

Алекс вздохнул: это ж надо — встретить, наверное, единственный в Англии поезд компании Virgin, который идёт по расписанию, — везёт как утопленнику. [6]

Фиона похолодела.

— Что это?

Она услышала звонок. Что это? Переезд, конечно. Состав приближался, и шлагбаум перекрыл дорогу.

Тут Алекс услышал ещё кое-что, отчего кровь застыла у него в жилах. На мгновение у него перехватило дыхание. Воздух застрял в лёгких, и он не мог выдавить его наружу. В мозгу что-то щёлкнуло, и тело как будто парализовало: Алекса сковал страх.

Это был свисток поезда. Поезд всё ещё находился в миле от них или дальше, но туннель служил отличным проводником звука, и пронзительный свист словно ранил Алекса. И ещё грохот. Грохот мотора. Он быстро приближался. Рельс уже ходил ходуном.

Алекс справился с дыханием и с ногами тоже.

— Залезай на лошадь, — крикнул он. — Я помогу.

Не думая о боли, которую он причиняет Фионе, Алекс поволок её к лошади и стал заталкивать в седло. Грохот нарастал с каждой секундой. Рельсы гудели, подобно гигантскому камертону. Даже воздух в туннеле, казалось, пришёл в движение, как будто хотел освободить дорогу поезду.

Фиона вскрикнула отболи, и Алекс почувствовал, что больше не надо её держать — она опустилась в седло. Лошадь заржала и отшатнулась, у Алекса перевернулось сердце — на миг ему показалось, что Фиона оставит его здесь одного. Света хватало, чтобы различить контуры животного и наездника. Фиона схватилась за поводья. Она заставила лошадь замереть на месте. Тогда Алекс потянулся, схватился за гриву, и сел в седло перед Фионой. Гул и грохот становились всё громче. С неровных стен туннеля осыпалась сажа и куски цемента. Потоки ветра напирали сильнее, а рельсы пели. На мгновение они оба застыли, прижавшись друг к другу, но потом Алекс схватил поводья, а Фиона вцепилась в него, обхватив его руками.

— Пошла! — крикнул Алекс и пришпорил лошадь.

Понукать её не было нужды. Она галопом помчалась на свет, бросая Фиону и Алекса друг на друга.

Алекс не смел оглянуться, но чувствовал, что поезд уже у входа в туннель и со скоростью в сто пять миль в час мчится за ними. Их накрыла ударная волна. Поезд выталкивал воздух из туннеля. Лошадь словно осознала опасность и поскакала изо всех сил, широко разбрасывая ноги над шпалами. Впереди открывался зев туннеля, но внутри у Алекса росло отчаяние: он понимал всю тщетность их усилий. Даже если туннель останется позади, их зажмёт на мосту. Второй переезд в ста метрах дальше. Может быть, они и выберутся из туннеля, но всё равно погибнут на мосту.

Лошадь выскочила наружу. Тёмный круг остался позади. Фиона кричала и так сильно обнимала Алекса, что он едва дышал. Он с трудом её слышал. Поезд ревел прямо за спиной. Когда лошадь начала свой обреченный бег по мосту, Алекс оглянулся. Он как раз успел увидеть, как из туннеля вырвалось и нависло над ними огромное, выкрашенное в ярко-красный цвет металлическое чудовище, в кабине которого был заперт перепуганный машинист. Раздался второй гудок, на этот раз взорвавший всё вокруг. Алекс понял, что нужно делать. Одной рукой он дёрнул за поводья, направляя лошадь в одну сторону, и одновременно пришпорил с другого бока, направляя в другую сторону. Ему очень хотелось, чтобы лошадь его поняла.

И это получилось. Лошадь поняла его. Теперь она развернулась в сторону перил. Поезд разразился оглушающим свистом. Их обдало парами дизельного топлива.

Лошадь прыгнула.

Состав прогромыхал мимо, едва их не задев. Но теперь они висели в воздухе за мостом. Слившись в одну красную ленту, мимо мчались вагоны. Фиона пронзительно закричала. Казалось, их падение происходило в режиме замедленной съёмки: вот они застыли на уровне моста, а вот они уже под ним. Зелёная река сомкнулась над ними.

Лошадь с двумя седоками, закончив полёт, погрузилась в реку. Алекс успел задержать дыхание. Он боялся, что река неглубокая, и они переломают себе все кости. Но ледяной тёмно-зелёный водоворот стал жадно их засасывать, угрожая навсегда оставить на дне. Фиона разняла руки. Лошадь освободилась от обоих. Изо рта Алекса вырвались пузыри — он понял, что кричит.

В конце концов Алекс вынырнул на поверхность. Хотя его относило течением, а одежда и обувь тянули вниз, он, барахтаясь, доплыл до ближайшего берега.

Машинист не остановил поезд. Возможно, он был слишком напуган. Или решил сделать вид, что ничего не случилось. Поезд скрылся с глаз.

На берегу Алекс, весь дрожа, повалился на землю. Позади послышались плеск и кашель — появилась Фиона. Она потеряла шлем, и длинные чёрные волосы закрывали ей лицо. Алекс оглянулся. Лошадь тоже добралась до берега. Она отряхнулась и, на первый взгляд, как будто не пострадала. Алекс был рад этому. В конце концов, она спасла их.

Алекс поднялся. С одежды лилась вода. Тела не чувствовалось. Интересно, это из-за холодной воды или из-за шока? Он подошёл к Фионе и помог ей подняться.