Вереницы пуль пронеслись над его прежней позицией, а затем по склону балки ударили из двух пушек. Но Джек уже взбирался по склону на новом месте.

Он осторожно пристроил винтовку на сошки и, приложившись к окуляру, сказал:

– Ага, вот вы где…

Теперь «стрейлисы», оставив броневик, двигались к месту, откуда их обстреляли. Дистанциометр показывал триста сорок три метра до цели, а на кабине машины, которую Джек обстреливал, осталась черная подпалина.

Он знал психологию пилотов и собирался бить по той же цели, однако в этот раз следовало ударить побольнее. Узел ходовой пары – вот он.

Джек плотнее прижал приклад, тщательно прицелился и выстрелил. Отдача снова сбросила его по склону и он даже закашлялся, однако тотчас схватил винтовку и побежал в сторону леса, пока оба «стрейлиса» отчаянно обрабатывали новую позицию.

Джек знал, что делал, ведь он много раз и сам испытывал то же, что чувствовал пилот обстрелянного робота. Сейчас пилоты во все глаза искали стрелка перед собой, опасаясь, что он снова ужалит бронебойной пулей, а с дистанции метров в сто пятьдесят это верная пробоина в корпусе.

Еще немного, еще… Джек взбежал по примятой его товарищами траве и, оказавшись на открытом пространстве, почувствовал себя голым.

Вот сейчас его поймают в прицел и ударят из пулеметов. Два пулемета это много, пусть даже не роторных.

Дыхание сбивалось, винтовка почти выскальзывала из рук, и Джек едва волок ее за собой. Брось он эту тяжесть, и понесся бы, как ветер, но тогда бы они остались беззащитными – с пистолетами против роботов воевать нельзя.

Джеку очень хотелось преодолеть последние сорок метров до рощи не останавливаясь, но он понял – времени уже нет и, упав в траву, перекатился с прижатой винтовкой раз десять, пока в глазах снова не поплыли круги.

По траве с запозданием прошлись пули. Расчет Джека оправдался, его заметили поздно, но даже когда заметили – не сразу сочли главной целью, ведь бронебойщик все еще мог скрываться где-то рядом.

Из рощи защелкали пистолеты – Штоллер и Хирш как могли прикрывали товарища. Это сработало, и пулеметы стали бить по деревьям, давая Джеку возможность подняться и последним броском добраться до рощи.

И снова вслед ему полетели пули, срезая ветки и вышибая из деревьев белую щепу. Затем пилоты «стрейлисов» сделали перерыв, должно быть, обмениваясь по радио или запрашивая инструкции начальства, а Джек скатился в канаву и огляделся.

Затем поставил винтовку на сошки, осмотрелся еще раз, прикидывая, в какую сторону лучше бежать и, прицелившись, уложил пулю точно в центр кабины, чтобы оставить большое пятно на бронестекле и напугать пилота.

Он по себе знал, как бывает страшно, когда вдруг «бац!» – раздается звонкий щелчок, от которого закладывает уши, а потом пилот видит это молочное пятно на бронестекле, от которого расходятся радужные меридианы трещин.

С винтовкой в руках Джек отбежал метров на пятнадцать и упал, когда по земле снова замолотили снаряды автоматических пушек. Щепа полетела, словно снег, листья посыпались, как от урагана, и в воздухе засвистели маленькие острые осколки.

Когда огонь прекратился, Джек осторожно приподнял голову и улыбнулся. «Стрейлис», которого он все время обстреливал, теперь стоял метрах в двадцати позади своего напарника и, как и следовало после такой взбучки, переминался на опорах. Его пилот был уже готов оставить позицию и послать начальство подальше, ведь обещали-то легкую прогулку! Изрешетить из пушки пехотный броневичок – чего же проще?

– Джек, – позвал приземлившийся рядом Штоллер.

– Как там Тед?

– Нормально. Сквозное ранение в мякоть, крови было много, но я ему стяжку прилепил, к возвращению уже и болячки не будет.

– Хорошо, – кивнул Джек. – Патроны с собой?

– Разумеется. Для того и прибежал.

Штоллер сдвинул в канаву разгрузку, и Джек взял три штуки, которые уложил в магазин.

– Что думаешь делать?

– Надо отогнать свеженького. Видишь, какой он активный?

– Ага. Всю оптику навострил, чуть что заметит – пойдет на сближение.

– Но пока не увидит, будет держаться на полутора сотнях.

– А почему?

– Потому, что ближе я с этой винтовки могу ему броню продырявить, и он это знает. Ты отползай, я сейчас все патроны выпущу и рвану дальше по канаве.

– Все три? У тебя времени не хватит потом с этой бандурой скакать!

– Я налегке пойду – винтовку под деревом оставлю, вряд ли они повредят ее.

– Это да. Ну тогда я отползаю.

– Давай.

Джек заметил, что, пробежавшись несколько раз и промокнув от пота, он перестал суетиться и снова почувствовал себя в работе.

Теперь три выстрела – желательно за одну секунду. При ручной досылке патрона это реально? Но медленней нельзя, небитый «стрейлис» таращит свои объективы, ожидая только намека, чтобы врезать очередь из пушки и рвануть вперед, чтобы, если нужно, даже опорами затоптать привязчивого бронебойщика.