– Ты даешь обещание служить совету, чтобы бороться на стороне добра.

– Мне казалось, они сами сказали, что не воюют.

Он посылает мне ментальный эквивалент пожатия плечами.

– Так вот что ты сделал сегодня утром?

– Да, - говорит он решительно, -я принял присягу.

Итак, откровений становится все больше и больше.

– Как все это возможно? – спрашиваю я Анжелу позже, когда мы обе в пижамах уютно расположились в спальных мешках. Мы застегнули нашу палатку так, чтобы можно было наблюдать за звездами, сияющими над нашими головами. Нам даже не нужны палатки, по крайней мере, точно не из-за погоды, хотя они действительно предоставляют нам хоть какую-то иллюзию частной жизни здесь, на открытом лугу, где множество отдельных огоньков размещены вокруг нас. Время от времени я вдыхаю аромат снега, и это напоминает мне, что мы находимся в волшебном оазисе посреди леса, ведь всюду еще зима, а здесь – лето.

– Тото [29] , я не думаю, что мы все еще в Канзасе, - говорю я Анжеле.

– Я в курсе, – говорит Анжела со смешком, - это Билли.

– Что ты имеешь в виду? – я переворачиваюсь на бок, чтобы взглянуть на нее.

– Билли может управлять погодой. Я думаю, что это очень редкий дар для кровного ангела. Никогда даже не слышала об это раньше. Билли приехала сюда буквально за неделю до собрания, и заставила все это вырасти.

– Так Билли рассказала тебе все это?

– Она рассказала еще кое-что, - говорит Анжела.
– Не так много, как мне хотелось бы, но все же. Билли была мила со мной, и единственное чего она хотела – это поболтать с твоей мамой. Они, кажется, лучшие подруги.

– Да, это так, - соглашаюсь я, - но это так странно.

У моей мамы есть лучшая подруга, которую я не помню и которую даже не знала её до сих пор. Представляю, как они сидели у огня, закутавшись в одно одеяло, и как Билли накланяется, чтобы прошептать что-то маме на ухо, вызывая у нее улыбку.

Почему она не могла рассказать мне о своей лучшей подруге?

– Это просто невероятно, - говорит Анжела, поворачиваясь ко мне с горящими глазами, - Хочешь узнать побольше о том, что мне удалось выяснить?

Я не могу удержаться от хихиканья при взгляде на ее возбужденное щенячье выражение лица.

– Ты прям как ребенок в магазине сладостей, тебе не кажется?

– О, да ладно тебе. Может ты еще и обвиняешь меня? Это удивительная возможность исследования.

Предоставьте Анжеле право рассматривать это, как «возможность исследования».

– Ладно, давай послушаем, - говорю я.

Она вытаскивает свой блокнот из сумки и, включив фонарик, перелистывает страницы, чтобы найти нужное место.

– Итак, - говорит она, откашливаясь, - Вот секретная неофициальная информация: северо-западное отделение конгрегации собиралось здесь с тех пор, как Вайоминг официально стал штатом еще в 1890 году. Сейчас существует около сорока членов этого отделения.

– Значит, не все эти люди из Джексона?

Она качает головой.

– Они со всего северо-запада Соединенных Штатов. Но я узнала, что Джексон является своего рода горячей точкой для нас. В Джексоне наибольшая концентрация проживающих здесь ангелов, нежели где-либо еще в этом регионе. Но я так и не могу понять, почему дела обстоят именно так. У меня есть теория, что причина в горах, но это всего лишь теория.

– Хорошо, мисс Википедия,- дразню я.

Улыбаясь, она слегка ударяет меня, а затем вновь возвращается к блокноту.

– Большинство здешних кровных – Квортариусы, но есть девять Демидиусов, которые являются лидерами группы.

– Правильно, потому что Демидиусы слишком редки и от этого еще более особенны, - говорю я с изрядной долей сарказма.

Анжела усмехается, но в ее глазах рождается какой-то возбужденный блеск. Большинство людей здесь ангелы лишь на четверть, а Анжела - наполовину. Она редкая, особенная, и бла-бла-бла.

– Я так же заметила, что все обращаются с твоей мамой по-другому, не так как с остальными,- добавляет она.

– У костра все внимательно слушали, что она говорит, будто твоя мама - кладезь мудрости или нечто подобное, хотя она в основном молчит.

Это правда. Когда мама встала и сказала, что собирается идти спать, все двигались очень осторожно, стараясь держаться подальше от нее. Было что-то в том, как они реагировали на нее. Может, это особый вид почтения.

– Возможно, она их лидер, - говорит Анжела, - Я думаю, что это своего рода демократия, а твоя мама здесь, вероятно, в качестве президента.

Как она могла не говорить мне всего этого?

– Ты в порядке? – спрашивает Анжела, - Ты выглядишь так, словно снова потеряла контроль.

– Да все нормально. Это не совсем-то место, на которое я рассчитывала, проснувшись сегодня утром, понимаешь?

– Конечно. Не могу поверить, что Кристиан все об этом знал и не рассказал нам, - раздраженно произносит она.

– О, оставь в покое Кристиана. Не похоже, чтобы ты была раскрытой книгой, - окрысилась я, пользуясь фразой Кристиана, - Не очень лицемерно?