*

– Милка! Милочка! – Лена чуть не плакала в трубку. – Можно я к тебе приеду? Или у тебя Костик?

– Нет. Костик завтра. Приезжай! А что случилось-то? – Милка не узнавала сестру. Всегда взвешенная, спокойная, способная дать совет по любому вопросу, Лена была не просто в расстроенных чувствах. Она сама сейчас нуждалась в помощи. – Ладно, давай приезжай, расскажешь при встрече. А я картошки нажарю, как ты любишь, огурцы соленые откроем. И вино есть!

*

– Запуталась я в мужиках своих, Милка! Вот что произошло! – они сидели на кухне, попивая вино, хотя к предложенной закуске больше подошла бы водка, но водку сестры не пили, а вино с удовольствием.

– Я тебе так скажу. Хоть ты и старшая сестра, и мне, может, по рангу не положено тебя учить, но раз ты обращаешься за советом, то слушай! Димыч у тебя классный. Зря ты его обижаешь!

– Да не обижаю я его…

– Не перебивай! Димыч любит тебя. Это видно. И любит, и уважает, что тоже немаловажно. Он относится к тебе так трепетно… Мне даже странно, что я тебе это объясняю, как будто ты сама не видишь и не понимаешь.

Лена хотела что-то возразить, но сестра жестом остановила ее и продолжала:

– Теперь об Артеме. Ну зачем он тебе? Вот только без этих твоих соплей «не зна-а-ю», «не понима-а-ю». Сама себе ответь честно: зачем? Что тебе дают эти встречи? Зачем тебе нужно общение с ним?

– Ой, Милка… – Лена контролировала каждое слово, чтобы не сбиваться на пустую болтовню, а реально разобраться в себе. – Он такой мне близкий, почти родной…

– И что?

– Столько я сил на него потратила!

– И что? Тебе жалко себя?

– Жалко! Знаешь, ты нашла правильное слово. И сил своих, и любви своей девичьей, и молодости такой непростой. Вроде бы и замуж благополучно вышла, и внешне все хорошо, а как же тяжело далось мне все это благополучие!

– И пусть! Пусть! Теперь-то что себя жалеть?

– Получается, что сейчас он мне как будто бы отдает то тепло и любовь, которых я так ждала тогда. Ждала, да не могла дождаться. Он мне, по-моему, и в любви-то ни разу не признался. Все боялся, что я загоржусь… Какая глупость! И все-таки представь: прожить с мужем двадцать лет и ни разу от него не услышать «я тебя люблю». Сколько раз ему говорила: если кошку не гладить, у нее высыхает спинной мозг. А он только отмалчивался. Или шутил: ну ты ведь не кошка. Очень смешно! – Лена горестно усмехнулась и по-бабски подперла щеку рукой.

– А как это, интересно знать, от тебе сейчас отдает тепло и любовь? Вы что, спите с ним? – у Милки округлились глаза чуть ли не в пол-лица.

– Сейчас уже нет… До его болезни, признаюсь, было… А вот уже полгода, как все…

– Ну ты даешь! – Милка смотрела на сестру во все глаза, не веря собственным ушам.

– Знаешь, он как будто прощения у меня просит… За прошлую свою жесткость, за неласковое обращение… Говорит, что всю жизнь любил только меня, что все годы нашего брака хранил мне верность…

– Вот это да! – Милка была настолько ошеломлена только что услышанными признаниями, что, кроме междометий, никаких комментариев не высказывала.

– Ну как я откажусь от такого? Скажи, как? Всю жизнь ждать ответного тепла и вдруг дождаться! И бог с ним, с сексом. Ну не будет его и ладно! Душу-то не обманешь!

Она отпила из бокала, прикрыла глаза и продолжала:

– Я в какой-то сладкой истоме нахожусь, когда вижусь с ним. Такая ассоциация, будто давным-давно оплатила какой-то товар или услугу… Так давно, что уже перестала ждать. А тут – нате: получите, распишитесь! Вот вам ваша покупка! С опозданием, правда, с большим, зато в полном объеме, как заказывали…

– Ну ты тоже скажешь! Будто любовь – это товар какой! – не согласилась Милка с формулировкой сестры.

– Вот именно, что не товар и что не деньгами его любовь ко мне оплачена, а моими сильными чувствами, душевной энергией. Ну, короче, получается, что тогда я любила и ждала ответного чувства. А дождалась только сейчас. Может, уже и не нужно. Только отказываться жалко.

– Слушай, Лен! Ну дождалась же! Все, о чем мечтала, услышала, увидела, получила. Признаний дождалась. И хватит! Как ты говоришь, по счетам заплачено. Значит, можно завершать. Зачем Димыча-то мучить?

– Да вот и я думаю… Наверное, ты права.

– А как ты теперь прервешь отношения? Артем теперь наверняка ждет ваших встреч, скучает…

– Вот в том-то и вопрос. Он скучает, я скучаю, оба ждем… А Димыч ревнует, Иван умирает. Нормальная ситуация?

– Нормального мало. Ну если в ситуации с Иваном ты уже ничего не сделаешь, то с мужьями со своими пришло время разбираться. Ты не обижайся, но лично я – на стороне Димыча. Он мне глубоко симпатичен, и, честно говоря, мне кажется, что ты до конца не понимаешь своего счастья.