— К сожалению, государства Российского больше нет, — пробормотал кто-то из присутствующих. — Выжило меньше двухсот тысяч, так что это скорее поселение.

— Государством мы называем, когда имеется власть и народ, — блеснул эрудицией президент. — Когда монопольное использование насилия осуществляется людьми владеющими властью на основе юридического порядка и законов. У нас есть законы, власть и народ, то есть все, чтобы считать нас именно таким образованием. Поэтому мы остались государством, только к сожалению очень маленьким. И заметьте, другие страны тоже стали мелкими, так что бросьте говорить глупости. Нам следует везти себя так, словно ничего не случилось, и следует осуществлять насилие в определенных законом рамках, иначе власть захватят провокаторы и оппозиционеры, тогда они станут выполнять функции государства, то есть то самое дозированное насилие, но на этот раз над нами.

— Если говорить о насилии, то как быть с военнослужащими? — спросил министр обороны. — Пусть их осталось немного, но они по-прежнему находятся на дежурствах в подземных бункерах. Что-то надо с ними решать…

— Вот это серьезный вопрос, — кивнул президент. — Нам нужны полноценные мужчины, поэтому готовьте оборудованные защитой грузовики и вывозите их к нам.

— Не стоит к нам, — покачал головой премьер-министр. — Мы возьмем, конечно, часть самых верных, чтобы усилить охрану, но, я считаю, остальных нужно разместить в метро, чтобы восполнить убыль мужчин на станциях.

— Согласен, — президент кивнул министру обороны. — Выполняйте.

— Выполнить, недолго, — поморщился министр. — Только сейчас военные осуществляют охрану наших территориальных границ. В подземных бункерах находится ракетное оружие сдерживания, военнослужащие его обслуживают и сохраняют в полной боевой готовности. Если мы их вывезем, то любой иностранный агрессор сможет легко захватить часть наших земель.

— У вас есть своя аналитическая группа, — заметил президент. — Интересно, кого они считают сегодня потенциальным противником и агрессором?

— Ну… — министр обороны задумался. — Китайцы все еще сильны, у них в живых осталось почти триста тысяч.

— То есть данный вопрос вы еще не рассматривали? — усмехнулся президент. — А мне очень любопытно, кто же на нас нападет? И как? Насколько я понимаю, активное солнце не позволит ни одному захватчику не то что до нашей территории добраться, но и даже до своей границы. Не спасает от излучения ни танки и другая бронированная техника. К тому же во все времена войны велись за территории, а кому они сейчас нужны? У тех же китайцев в настоящий момент земли столько, что им не заселить ее за сотню лет. И еще надо учитывать, что они, как и мы, под землей жить будут, так что если войны начнутся, то сражения будут подземными, а для них требуется совсем другое оружие, поэтому ракеты уже можно пускать на слом.

— Мы готовы к любой войне! — отчеканил министр. — Дадим отпор как под землей так и на земле.

— Да прекратите вы! — поморщился президент. — Не будет больше войн, лет двести, а то и пятьсот, и армия нам не нужна, а вот здоровые парни осеменители нам необходимы, чтобы население новое рожать.

— Как это армия не нужна? — растерялся министр. — Если ее не будет, на нас любой нападет. Оглянуться не успеем, как нас захватят.

— Кто? — президент вздохнул. — Я уже устал элементарные вещи объяснять. Значит так, я как верховный главнокомандующий приказываю: всех солдат и офицеров вывезти в метро из подземных убежищ, оставить там только тех, кто управляет спутниками, они нам еще понадобятся.

Министр помрачнел и недовольно отбил по своему коммуникатору команду на подготовку спецмашин.

— Государство это еще и финансы, — мрачно проговорил министр экономики. — Оно существует за счет бюджета, которое формируется за счет налогов, а у нас их больше нет. Все предприятия остались на поверхности, а большая часть потребителей и рабочих ушла в лучший мир. Что станем делать? У нас даже денег нет.

— Золото все еще имеется в подземных хранилищах, — заметил премьер-министр. — И печатный станок можем вам притащить с поверхности, так что печатайте свои бумажки и радуйтесь.

— Но эти деньги ничем не обеспечены, — недовольно фыркнул министр финансов. — А золото сейчас никому не нужно.

— С кем вы собрались торговать? — спросил президент. — С другими странами? Так мы еще не придумали, какой транспорт для этого подходит. Да и торговать пока нечем.

— Золото не подходит, зато есть продукты питания, — произнес задумчиво премьер-министр. — И президент прав, сейчас все страны будут в первую очередь ориентированы на внутренний рынок. При сегодняшних обстоятельствах продовольствие имеет хорошую цену, а учитывая, что все продукты контролируется нами, можете выпускать сколько угодно рублей.

— Продовольствие подходит, — министр сделал у себя отметку в коммуникаторе. — Еще скоро понадобится одежда, значит, имеет смысл ее собирать с поверхности и размещать в хранилищах.

— У нас нет столько хранилищ, — вмешался комендант Кремля, которого временно приравняли к министру, и теперь он был обязан присутствовать на всех заседаниях кабинета. — А те, что есть, забиты доверху.

— Вот и образовалась нужда в еще одной отрасли экономики, — усмехнулся премьер. — Предлагаю обязать министра по недрам выкопать новые хранилища, а заодно расширить нашу территорию, раз уж мы остаемся под землей. Надеюсь, скоро у нас увеличится народонаселение, а значит, существующих сегодня помещений станет недостаточно, да и медики просят себе место для создания родильного дома.