Я потребовал, чтобы мужлан немедленно сказал мне, где найти д'Арси д'Акулу. Тот посмотрел на часы и сказал: «Верно, снимает», после чего объяснил, как пройти в «студию». Я предположил, что деревенский дурачок хотел сказать, будто почтенный д'Акула снимает пенки с трапезы или предается какому-то иному аристократическому занятию, вот только непонятно, зачем это делать в студии? К сожалению, я ошибся, и далее события стали принимать весьма обескураживающий оборот.

«Студия» находилась неподалеку от города и располагалась в паре одинаковых куполообразных зданий. У ворот уже стояла веселая толпа молодых мужчин и женщин весьма настораживающего свойства. Юные девушки бесстыже щеголяли в откровенном дезабилье — все тело напоказ, куда это годиться? Мне стоило больших усилий сдерживать свои порывы. От мужчин удушливо пахло туалетной водой и гелем для волос, многие из них держали в руках наборы разных инструментов. Может быть, это поденщики, ищущие, кому бы починить водопровод или почистить бассейн?

Наконец, ворота распахнулись, и нас пустили внутрь. Мужчины уверенно направились в одну сторону и, последовав за ними, я вскоре очутился в комнате, где стояла кровать, застеленная бархатным покрывалом и стол, на котором лежал ошейник и поводок. Просто отвратительно — почему люди позволяют домашним животным заходить в спальню? Это же так негигиенично!

— Дорогуша, это то, что надо! Какой типаж! — раздался за моей спиной радостный голос и, обернувшись, я увидел д'Арси д'Акулу.

Он был одет в кожаные брюки и просторную белую рубашку, у него были аккуратные тоненькие усики и элегантно зачесанные назад черные волосы.

— Арпац, еще воды! — крикнул он, делая знак своему помощнику.

Здоровенный детина с косой челкой опрокинул на него ведро воды, так что рубашка на д'Арси стала совершенно прозрачной, д'Акула встряхнулся, как собака, так что капли воды разлетелись во все стороны. Под прилипшей к телу рубахой сразу проступили рельефные мышцы. Должен признаться, что я не сразу смог отвести от него глаза и несколько раз судорожно сглотнул, прежде чем сумел взять себя в руки.

— д'Арси! — вскричал я. — Я пришел отдаться на твою милость!

— Отдайся на что-нибудь другое, и мы договоримся, — улыбнулся д'Акула с присущей ему грацией и элегантностью. Затем нахмурился. — Погоди, да ты вампир?

Я объяснил, что являюсь сыном Джозефа Килледи, и явился посоветоваться с ним по делу неотложной важности, ибо до меня дошли слухи о грядущем событии, именуемом Перетусовкой, каковое вселяет в меня тревогу за благополучие моей возлюбленной Бегги Мотт, а посему я хочу просить помощи и совета у более старшего и опытного собрата. Поможет ли мне д'Арси д'Акула?

Глаза д'Арси д'Акулы мечтательно затуманились.

— Ах, Перетусовка! Если бы я снова был молод! Как быстро летит время, друг мой. Я и не знал, что пришло время… Но расскажи мне о моем дорогом Джозефе? Как он поживает, старина? Все еще следует своей забавной «безубийственной» этике?

— Разумеется, — с гордостью ответил я. — То есть, большую часть времени.

После этого я вновь воззвал к милосердию д'Арси д'Акулы, умоляя его объяснить мне смысл надвигающихся событий. Но он задумчиво погладил усы и спросил, чем я готов расплатиться за ответ. Разумеется, я поклялся сделать все-все-все ради моей Бегги.

Тогда д'Арси д'Акула показал мне свою студию и объяснил, что с некоторых пор скрашивает скуку бессмертия, снимая романтические и образовательные фильмы для живых и мертвых. Какой чудесный пример художника, джентльмена и просветителя!

Я почувствовал, что весь охвачен благоговением. Затем д'Акула сообщил, что его, к сожалению, очень подвел исполнитель главной роли, который вчера отправился на прогулку в лес и до сих пор так и не вернулся. Не согласился бы я занять его место? После того, как я окажу ему эту небольшую услугу, д'Арси д'Акула обещал подробнейшим образом ответить на все мои вопросы.

Разумеется, я тотчас же согласился. После этого он привел меня в комнату, похожую на зал ресторана, с пола до потолка задрапированную алым шелком и бархатом. Какая бездна вкуса! Я спросил, какая у меня должна быть мотивация в этой сцене. д'Арси сказал, что я должен представить, будто очень-очень-очень проголодался.

В это время в комнату вошла юная дева в черной юбке, корсете и крохотном белом фартучке — вероятно, это была официантка.

— Как мне обслужить вас сегодня? — спросила она.

Я решил начать с изучения меню. Д'Акула, слегка нахмурившись, протянул мне сценарий. На титульном листе стояла надпись: «Клыки и перси». Перси? Кажется, это название дикого африканского племени?

— Сейчас нет времени на чтение сценария! — воскликнул д'Арси и попросил меня снять рубашку. Ах, как он любезен — в комнате, действительно, было довольно жарко. Мы репетировали эту сцену не меньше часа; д'Акула постоянно советовал мне думать о том, как я «голоден, страшно голоден, просто смертельно голоден!», но я не вполне понял, как это должно было помочь мне в раскрытии характера героя.