— Мама, не бойся, я ослеп.

Голос наверху желтой ветки:

— В такие дни сквозь наши игольные уши идут целые караваны верблюдов, но куда, куда они идут?

Голос наверху серой ветки:

— Они идут обратно.

Со временем я научился вступать с вагонными голосами в диалог.

Голос внизу желтой ветки:

— Олежа, люди жрут не от неизмеримости глубины счастья.

Я:

— Надо также уточнить, что люди жрут спонтанно, но настойчиво.

Голос что-то ответил, и я долго беседовал с ним, уже не помню о чем, но помню, что было поздно, поезда в центр не ходили, денег на такси у меня не хватило, пешком идти домой было далеко, и я дожидался открытия метро, дремля на какой-то скамейке возле станции «Битцевский парк».

Женский голос внизу серой ветки:

— Олежа, при входе на детскую площадку не забудь погулять с малышом хотя бы до половины пятого.

Как-то раз я залип внизу салатовой ветки — из чувства протеста, потому что на ней никогда не слышалось ничего вразумительного, и слова складывались в чепуху, не имеющую отношения к моим проблемам.

Но тогда — одна проблема вдруг оказалась озвучена:

— Олежа, это станция «Зябликово». Не забывай: на твоем лице не стигматы, а побочные явления. Нельзя есть столько мускатных орехов…

Я хотел возразить, что эта сыпь на коже — просто от нехватки света, что мне нужно больше бывать на солнце, — но не успел.

Кто-то проорал мне прямо в ухо:

— Вставай, пидарас!

Я хотел ответить, что я не пидарас, а, возможно, чей-то брат и отец, только не помню чей. Я с трудом открыл глаза и увидел, что передо мной стоит пророк Моисей в сияющих одеждах.

Я вытер пену с губ и спросил его:

— Моисей, а каково важнейшее из качеств Господа?

— Он всегда может залипнуть сразу везде, — ответил Моисей. — А теперь, Олежа, встань и иди, пора тебе покинуть московскую подземку…

С тех пор я стал залипать в самых разных ситуациях: за несколько секунд до оргазма и на гражданской панихиде, перед дождем и после дождя, перед зеркалом и на презентациях книг неизвестных современных поэтов, на расстоянии полета стрелы и наобум, навскидку, напрочь, по образу и подобию.

Сегодня получу деньги за Лидию Чарскую. Я встал пораньше, чтобы к вечеру закончить адаптировать очередной ее роман, пятьдесят девятый том. Издается собрание сочинений. За окном кухни сонное промерзшее Кунцево. На мониторе компьютера текст о страданиях институтки. Сто лет назад Лидия Алексеевна не успевала доделывать свои книги для детей.

Мой работодатель говорит, что Чарскую хорошо покупают. Он имеет со своего маленького издательства неплохую прибыль.

Править Чарскую тяжело. Не потому, что надо думать, а потому, что дикие словесные конструкции угнетают. Однообразно. Но в произведениях Чарской есть религиозная основа, и у меня иногда появляется надежда, что некие маленькие девочки, читая эти книги, не станут в будущем потаскухами.

Мама еще спит. Сегодня воскресенье, ей не надо идти в детский сад. Она работает няней. Мы живем вдвоем.

На завтрак делаю себе бутерброд с котлетой. Запиваю его яблочным соком.

Последнее время я каждый день читаю на разных сайтах новости о космосе. Точнее, о научных исследованиях. Астрофизика, космогония, внегалактическая астрономия. Сейчас, перед тем как заняться Чарской, захожу на английский университетский ресурс. Выложены результаты очередного спектрального анализа марсианского грунта: опять нашли серу и хлор. А за орбитой Нептуна обнаружено несколько новых небесных тел. Составлена цветная карта Плутона…

Все это — от только недавно замеченного астрономами белого карликового мерцания и до версий зарождения Солнечной системы — немыслимо для меня без моей кухни: без заваривания чая, без полуденного лая бездомных собак на улице и тепла батарей, без звука стартера машины внизу, которую кто-то не может завести на морозе.

Нахожу любопытную ссылку: можно послушать звук азотно-метанового ветра планеты Титан, переданный зондом. Скачиваю и включаю, сделав погромче. Настоящая тяжелая музыка, стихия, атмосферный вой. Любой земной звук — музыка эволюции, а этот ветер — прах и убедительный финиш.

Запись кончилась. Слушаю еще раз. Все, пора заняться делом.

Часа два я работаю без перерыва… Можно отдохнуть.

Смотрю, какие сведения есть в поисковой системе о Чарской. Ссылок много. Биографии, статьи, выходные данные книг… Оформить заказ… Играла в Александринском театре…

Кончились страницы со строгим соответствием. Начались Чарские пески… Запасы нефти Северо-Чарского участка… Молочно-зерновой совхоз «Чарский»… Книгу Лидии Чарской «Зеленые Липки» можно купить в магазине «Планета»…