– У нас катастрофически мало улик из квартиры Заботиной. Нужно повысить интенсивность расследования, – донесся до нее голос Голованова. – А пока подведем предварительные итоги. Давай, Саша, что у нас имеется?

– У нас есть заключение эксперта по обоим трупам. Степан Заботин отравлен нитроглицерином. Зинаида Заботина умерла от ножевых ранений. Все восемь ножевых ударов нанесены четырьмя разными клинками. На месте преступления орудий убийства не обнаружено. Зато на бутылках обнаружены отпечатки пальцев четырех человек. Только одни «пальчики» идентифицированы, они принадлежат внуку Заботиных.

– И отпечатки пальцев внука обнаружены в большом количестве в доме Заботина, – добавил Агеев.

– То есть больше никто из компании судим не был, – продолжил Турецкий. – Но к Заботиной вся компания шла с намерением убить ее, ведь каждый имел при себе холодное оружие. Вот фотоиллюстрации ранений и характеристики раневых каналов.

Турецкий разложил перед Головановым распечатки, и тот внимательно стал их изучать.

– Здесь указано, что при нанесении колющих ударов убийцы использовали три ножа и отвертку.

– И как им кусок поперек горла не стал, когда они закусывали у старушки? – подал реплику возмущенный Агеев. – Ведь знали, что нажрутся и вместо благодарности убьют хозяйку.

– Это же настоящие отморозки… – вздохнул Демидов.

– Кстати, а готова ли экспертиза микрочастиц из обувной коробки, которая у нас идет под кодовым названием «кубышка Заботина»? – спросил Голованов.

Аля зашла в кабинет в нужную минуту. Она протянула распечатку экспертизы Голованову.

– Всеволод Михайлович, только что пришел результат из лаборатории.

Голованов углубился в бумагу, все замолчали. Аля, стуча каблучками, вышла из кабинета и села за компьютер. Кто-то подавал настойчивые сигналы, чтобы она включила видеосвязь.

На экране появилось незнакомое лицо.

– Вы секретарь агентства «Глория»? – спросил мужчина с круглым невыразительным лицом и большой лысиной на голове. Аля представилась:

– Я младший следователь Алевтина Дудкина. По какому вопросу?

– Мне бы Турецкого, – попросил незнакомец.

– Он на совещании.

– Для него это важно, – строгий тон младшего следователя не смутил мужчину.

– Ну, попробую, – нехотя встала со стула Аля и просунула голову в кабинет.

Она услышала то, что уже успела прочитать в распечатке. Голованов положил результат экспертизы на стол и сидел, откинувшись на спинку стула.

– Ты был прав, Саша, здесь действительно лежали деньги.

– Значит, мотив убийства Заботина ясен. А вот за что старушку убили? Там вроде и грабить было нечего… Соседка Заботиной говорила, что золотишко у бабули дешевенькое.

– Можно Александра Борисовича? – встряла Аля, потому что поняла – всех не переждешь. Когда команда приступает к прениям, это надолго.

– Что там случилось, Алевтина? – недовольно спросил Голованов. – Ты же видишь, у нас совещание.

– Какой-то мужчина вышел на видеосвязь. Просит Турецкого. Говорит, для него это важно.

– Для кого?

– Для Турецкого.

– Ну иди, Саша, только быстро.

Турецкий вышел в приемную, закрыл за собой дверь и все-таки улучил момент, чтобы на мгновение привлечь к себе Алю и поцеловать ее в губы. Она сразу растаяла и попыталась обнять его, но он уже мягко отстранил ее и устремился к компьютеру.

– А, Никита, привет! Что ты весь какой-то вздрюченный?

– Саш, я понял систему! Помнишь про того душегуба? Который девушек насилует и душит их гитарной струной.

– Подтвердилось, что гитарной?

– Да, по микрочастицам, извлеченным из ран предыдущих жертв.

– Погоди, не понял. Я не ослышался? Ты сказал «предыдущих»?

– Да, потому что сегодня выловили еще одну. Ее прибило к берегу. И на шее у нее была петля из гитарной струны. Наш майор сразу на месте определил. Он на гитаре играет, так что струну узнал с ходу.

– А система при чем? Жертва уже четвертая по счету?

– Да, – расстроено ответил Никита. – Просто слов нет. И по первым-то случаям не продвинулись, а тут тебе новая.

– Какая система, спрашиваю? – напомнил Турецкий, видя, что Никита сильно нервничает.

– Все жертвы убиты по воскресеньям. Понимаешь, именно в выходной. Значит, в другое время убийца не бывает на реке.

– В другие дни у него плотный график работы, что ли? Или он таким образом отмечает выходные?

– Видишь, сдвинуться можно с этим злодеем.