С ним согласились. Место парковки было выбрано удачно. До Лубянской площади, с включенной сиреной, «трешка» долетела бы меньше чем за минуту.

Юра посмотрел на часы, нервно передернул плечами. Сергей чувствовал, что приятель волнуется.

— Еще час, — прокомментировал Юра. — Но люди Жнеца наверняка подъедут пораньше. И люди «хозяина» тоже. А вот во сколько появится наш главный герой — неизвестно.

— Если вообще появится, — буркнул Вася. — Может, Руденко уже зарыли где-нибудь в лесочке.

— Может, — согласился Юра. — Вот и посмотрим. Ты, кстати, — он повернулся к фээсбэшнику, — пойдешь с нами. Начнется заваруха — каждый человек на счету будет.

Вася промолчал.

— А как насчет «мальчики направо»? — усмехнулся Женя.

— «Направо» потом сходишь, — ухмыльнулся Юра. — Терпите, ребята. Мы не знаем, где могут быть люди Жнеца и сколько их. Если нас «выпасут», — маловероятно, но совсем откидывать такую возможность нельзя, — перестреляют как куропаток. Жнецу теперь есть что терять.

— Ладно. Ради такого случая потерплю, — пообещал Женя.

— Да уж сделай одолжение, — усмехнулся Юра и добавил уже серьезно: — Все, парни, отставить разговоры.

Цербер проехал до Никольской и остановился. Он заметил и такси, и парня у ларьков. Их появление в столь поздний час, конечно, могло быть обусловлено и вполне объяснимыми причинами, но Цербер не верил в такие совпадения. Он снял трубку телефона и набрал номер. Откликнулись моментально.

— Алло?

— Перс? Это Цербер.

— Да, — быстро и серьезно ответил тот. — Что случилось?

— Здесь, похоже, засада. — Вытащив из бардачка пистолет, Цербер зажал трубку плечом и принялся проверять обойму. — Сделаем так. Высаживайте Руденко на Театральной площади, а сами проезжайте дальше. Маршрут: Театральный проспект, Мясницкая, Большой Златоустинский переулок, Маросейка, Лубянский проезд. Здесь остановитесь. Как только появится Жнец, я дам знать. Проедете мимо, притормозите, посмотрите. И сразу уезжайте. Если кто-нибудь станет подавать сигнал остановиться, даже не думайте. Могут устроить засаду. Поезжайте в коттедж и ждите нас.

— Хорошо. Как распределим людей?

— Две группы по десять человек. Первая — на Неглинке, угол Пушечной. Им надо будет появиться мгновенно. Вторая группа в двух машинах — на Большой Лубянке. Пусть остановятся метрах в трех от поворота на Пушечную. По сигналу доедут до Рождественки.

— А если Жнец рванет по Рождественке к Театральному проспекту?

— Тогда его встречу я. Не волнуйся, от меня он не уйдет.

— Да я и не волнуюсь, — вздохнул Перс. — Так… Муторно чего-то.

— Это хандра, скоро пройдет, — ответил Цербер, убирая пистолет под пальто. — Когда выезжаете?

— Через десять минут.

— Будете на подъезде — позвони.

— Хорошо.

Цербер повесил трубку.

— Вот и вся история, — закончил Аид. — Теперь вы знаете ровно столько же, сколько и я.

— И все равно мне до сих пор не верится, что это Гектор… — мрачно произнес Руденко. — Ей-Богу, в голове не укладывается.

— В таком случае придется рассказать вам о последнем звонке, — задумчиво сообщил Аид. — Честно говоря, я надеялся, что мне не придется этого делать. Лишать человека друзей вовсе не просто. А ведь вы, будем откровенны, успели сдружиться с лже-Одинцовым за время вашего совместного приключения, не так ли?

— Да, — ответил арбалетчик и сам удивился сказанному. Он вдруг понял, что Гектор, точнее лже-Гектор, все еще немного дорог ему. — Странно, — добавил он. — Похоже, вы правы даже больше, чем думаете.

— Да нет. Это вы думаете, что мне незнакомо такое понятие, как дружба. Уверяю вас, я знаю, что такое истинная дружба. Очень хорошо знаю.

Приглушенно прозвучала мелодичная трель. Арбалетчик увидел, как старик вздрогнул и потянулся за телефонной трубкой. Он даже не представился, не сказал ни единого слова, просто выслушал и буркнул:

— Сейчас мы выйдем. — Положив трубку на консоль, он огляделся рассеянно и спросил: — О чем это я? Ах, да. О звонке. Мой человек отыскал приятеля дочери настоящего Одинцова. Никакой аварии в тот вечер не было. Мальчишка даже не выходил из дома. Его отец подтвердил. В ГАИ о происшествии тоже не слышали. Ну и самое главное: машина, «Жигули» пятой модели. Ей больше десяти лет, и ни одного капитального ремонта. Папа юноши, профессор, преподает в Гнесинском училище, водит очень аккуратно. За все годы ни единой аварии. Так вот, мой человек внимательно осмотрел «Жигули». На машине нет и следа столкновения. Ни царапинки. А ведь согласитесь, такие следы должны были остаться. Цербер решил, что машину, может быть, ремонтировали или подменили, переставив номерные знаки на другой автомобиль аналогичной марки. Он сличил фактический номер кузова с тем, что записан в техпаспорте, и попытался отыскать следы ремонта.