К гробу протиснулись двое. Молодой мужчина и видавший виды мужик. Руки их соединяли стальные браслеты. Мужик наклонился к покойнице, прикоснулся губами ко лбу. Потом немного постоял, глядя на умершую девочку. «Папаша» - зашептали в толпе. «Хрен там – отчим. Из тюряги выпустили на пару часов проститься».
– «А что папаша? Где? Его не привезли посмотреть на доцю?».
– «Далеко чалится. Крепко засел…».

Похоронная процессия наконец тронулась. Чиновники с венками и депутаты со скорбными лицами шли в толпе гостей, которая велосипедным пелетоном растянулась за гробом. Телевизионщики с камерами убежали далеко вперёд, чтобы встретить колонну у ворот кладбища. Корреспонденты добивали обессилевшие батареи фотоаппаратов последними вспышками.

Прощальный парад невесты – маленькой подавальщицы патронов.Мамут с надеждой посмотрел в сторону своего автомобиля. Что изменит эта смерть? Ровным счётом ничего. У сильного не отберут, слабому не добавят. Пошумят и разойдутся. Всё будет двигаться своим чередом. Одна маленькая смерть способна породить только новые виды борьбы с экзотическими форс-мажорами, которые в медицинской политологии обзовут «синдром Олеси Макароновой».

Сколько Николаеву ещё предстоит пережить таких синдромов? Десять? Двадцать? Сто? Впрочем, какая разница. Город излечится тогда, когда люди перестанут грезить об умершем прошлом и займутся реальным делом.

– Роман Захарович, - банкир наклонился к старику, - кладбище далеко, километра три. Поедем на машине?

– Нет. Давайте домой, Сергей, я уже попрощался.

Действительно,– Мамут посмотрел вслед удаляющейся процессии, - мы не депутаты, чтоб лицами на похоронах торговать.В машине банкир немного помолчал, затем обернулся к Ланге.

– Сейчас не время для развлечений, но у меня есть идея. Хочу вас познакомить со своим новым другом. Замечательное создание, он один способен развеять нашу печаль.

– Сергей, это будет этично, если мы поедем сегодня?

– Конечно, Пауль, этично. Именно это слово применимо к нашему визиту. Заедем на пять минут к Борею.

– Кто это?

– Это белый медведь из Вены. Я уже успел с ним подружиться.

– Андрей Сергеевич, - в кабинет директора зоопарка заглянула секретарша, - к вам посетитель просится. Наш «клиент»… тот самый.

– Ах, не зарастёт народная тропа? Зови!

Денис Краснокутский остановился на пороге. В руках мальчик нервно теребил старую бейсболку.

– Заходите, молодой человек, присаживайтесь, – Веремеев указал на стул. – Что привело вас к нам?

– Я… я…

– Вы любите животных. Правильно я угадал? И хотите стать юннатом?

Пацан вдруг расплакался. Громко, в голос. Директор испугался такой неожиданной реакции. Секретарша принесла стакан воды, пыталась влить мальчику сквозь зубы, потом прижала к груди и успокоила. Веремеев долго не мог добиться от мальчишки, в чём, собственно, дело.

Через некоторое время Денис успокоился и сквозь слезы и всхлипывания рассказал директору всё. Он признался, что любит животных, часто ходит в зоопарк, но из вредности несколько раз бросал бананы со слабительным в клетку обезьянам, стрелял шариками из детского пистолета по бегемотам, скормил несколько сигарет страусам, украл четыре пера из павлиньей клетки. Не утаил историю с котятами, рассказал про собаку Линду.

Но всё это в прошлом. Сейчас у мальчика большие личные проблемы. Одним из участников нашумевшего убийства Олеси Макароновой оказался его отец. Все отвернулись от Дениса. Остался только один друг – собака. Мать уехала в другой город. Бабушка оформила над мальчиком полное опекунство, дала свою фамилию и перевела в другую школу. Но и там друзей нет. История про отца-убийцу настигает всюду…

– Да, плохо всё, – директор зоопарка задумался. – Но что я могу для тебя сделать? Как помочь?

– Возьмите меня на работу. Я потом дальше учиться пойду. Мне со зверями лучше…

– Со зверями, таки да, бывает что и лучше… - Веремеев немного подумал. – Добре, хлопчик, ступай к Сан Санычу, он тебя определит. Будешь ухаживать за Бореем.

– А кто такой Борей?

– Наш новый медведь из Венского зоопарка.

***

– Она меня что, за животное держит? – Седловицкая прикурила сигарету. – Сорок пять тысяч за три убитых комнаты и ещё кучу бабла на ремонт… Коза драная! Игорь, возьми мне ещё…

Бряцалов поморщился. Вот уже три недели он бродит по городу с этой алкоголичкой в поисках квартиры. Сначала ей не подошел пентхауз с видом на реку в «Солнечном», затем она забраковала опрятную «сталинку» в самом центре. Вот и теперь поскандалила с милой старушкой – владелицей жилья, где нужен был только косметический ремонт. После похорон совсем с катушек съехала. Бухает целыми днями, дурью светится, с журналистами успела разматериться… Как с такой дальше работать?